Дело в том, что в первом раунде дебатов Ромни признался, что собирается уменьшить субсидии каналу PBS, который выпускает известную программу «Улица Сезам». В ответ на это штаб Обамы тут же запустил вирусный ролик с героем шоу. Эксперты заявляют, что интернет стал уже не только пространством для развлечения и получения знаний, для чиновников это площадка для реальных политических заявлений. Теперь чуть ли не каждое официальное заявление политиков дублируется в виртуальном пространстве, которое порой обгоняет реальное.
Кстати, после успеха предвыборной кампании в 2012 году Барак Обама вовсе не забыл о социальных сетях. После окончания президентского срока Обама и его супруга Мишель продолжили чутко следить за всеми интернет-трендами. На странице первой леди несколько десятков фотографий: там и красивые пейзажи, и еда, и архивные снимки мужа и детей, и, конечно же, их любимый пес по кличке Бо. А вот сам Обама из-за своей привязанности к интернет-пространству не раз попадал в скандалы. Так, недавно бывший губернатор Аляски Сара Пейлин высказалась по поводу последний поездки президента в этот штат. Вместо того чтобы обратить внимание на американские интересы в Арктике, Обама только фотографировался на фоне девственной природы. Да еще при этом не просто сделал пару снимков на телефон, а постоянно уединялся вместе с так называемой селфи-палкой, которую приобрел, не устояв перед очередным модным трендом.
Многие эксперты заявляли, что Бараку Обаме нужно позаботиться о своем здоровье, ведь экс-президент действительно страдает зависимостью от социальных сетей. Первое тому доказательство – многочисленные селфи политика. Сложно избавиться от ощущения, что вместо большой политики Обама озабочен лишь тем, сколько лайков наберет его очередное селфи и сколько пользователей оставят комментарии к его посту в «Твиттере».
Шутки шутками, а в том же самом «Твиттере» политики угрожают теперь друг другу войной! Так, в августе 2014 президент Азербайджана Ильхам Илиев в серии твитов пригрозил войной президенту Армении Сержу Саргсяну после очередного столкновения в Нагорном Карабахе. Из-за того же «Твиттера» разгорелся скандал и во время президентской гонки в Венесуэле. Николас Мадуро, аккаунт которого взломали хакеры, выступил перед гражданами с громким заявлением – предложил запретить социальную сеть в стране. Его оппонент, Энрике Каприлес, в свою очередь, раскритиковал Мадуро, мол, тот больше заботится о количестве подписчиков в сети, нежели об уровне инфляции в Венесуэле.
И пока высокопоставленные политики озабочены лайками и подписчиками в социальных сетях, секретные службы все больше обращают внимание на виртуальное пространство. Если о кибервойне эксперты рассуждают уже давно, то недавно заговорили и о личных страничках пользователей интернета. Так, Пентагон порекомендовал руководству социальной сети «Твиттер» усилить мониторинг аккаунтов, которые представляют террористическую угрозу США. По заявлению агентства, администрация социальной сети должна выделить больше денег и внимания на команды, которые занимаются поиском потенциально опасных аккаунтов. Ведь для спецслужб социальные сети все больше становятся полезными. Так, ФБР арестовало 15-летнего подростка из Филадельфии, который, по версии правоохранительных органов, планировал покушение на папу римского во время поездки понтифика в Нью-Йорк на Генеральную ассамблею ООН. А вот напасть на след потенциального преступника полицейским помогла его личная страничка в «Фейсбуке». Там подросток распространял инструкции по изготовлению взрывчатки.
Уже сейчас, рассказывают эксперты, у американских властей есть целые подразделения, которые занимаются только тем, что мониторят интернет. Существуют даже классификации, по которым отслеживают преступников через социальные сети. К тому же «Фейсбук», «Твиттер», «Инстаграм» стали отличным инструментом пропаганды. Так, по данным зарубежных СМИ, американское правительство запустило проект, который предусматривает внедрение в наше медиапространство экспертов, которые будут отстаивать точку зрения США. Конгресс разрешил потратить на информационные вбросы более 700 миллионов долларов. Конкретно на российский фронт было направлено порядка 15 миллионов.
