2. Мания приёма каждого хоть немного разрекламированного псевдопрепарата от всех болезней; эта тяга к панацее растёт из повальной любви нашего народа к халяве.
Те люди, которые не подвержены этим пагубным привычкам, консультируются у пары-тройки грамотных врачей одновременно и живут счастливо.
Таблетки бывают самых разных цветов, размеров и форм, но главное не это, а то как они действуют.
Они же наркотики. Нужны для того, чтобы творческие люди были ещё более творческими или для обезболивания всяких раковых терминальных состояний.
Настоящие лечилки почти всегда предусматривают курсовой приём с целью профилактики или коррекции чего-либо, при известной причине этого «чего-либо»:
• Уменьшение страданий и улучшение качества жизни – НПВСы, антидепрессанты, анксиолитики, миорелаксанты, КОКи и др.
• Профилактика развития опасных для жизни и здоровья состояний – хронические препараты вроде противоэпилептических, антигипертензивных, дезагрегантов, антикоагулянтов, кортикостероидов и нейролептиков.
• Отдельно стоит упомянуть антибиотики и химиопрепараты, которые используются в основном для быстрого и решительного уничтожения внешнего (инфекции) или внутреннего (рак) врага.
Есть просто фуфломицины…
…а есть бриллианты бесполезности – гомеопатические «препараты».
АНТИБИОТИК – вещество против инфекций.
Они воздействуют не на всё подряд – вылечить грипп с их помощью никогда не получится, а вот бактериальные и некоторые грибковые – да. Антибиотики ≠
Многие тысячи лет ряды человеков систематически выкашивали микроскопические организмы, и инфекционные болезни были главной причиной смерти по всему миру. А потом в 1929 году пришёл Флеминг и всё испортил своим пенициллином, который принёс ему Нобелевку за открытие эры антибиотиков. Антибактериальная терапия прочно вошла в практику врачей в 40-х годах как настоящая панацея от многих смертельных заболеваний, но почти с самого начала врачи столкнулись с быстрым появлением бактерий выживающих даже после этих препаратов.
На данный момент многие антибиотики практически полностью потеряли свою клиническую значимость благодаря тому, что микроорганизмы выработали к ним устойчивость. Например, Тетрациклины и Цефалоспорины уже даже III поколения не действуют на стафилококков, гонококков, энтеробактерий, MRSA и прочих, поэтому на данный момент одним из главных условий успешной терапии бактериальных инфекций стало определение чувствительности микроорганизмов в конкретном случае заболевания у каждого пациента.
Представление о том, что а/б «широкого» спектра более надёжны или сильны – ошибочно.
У братьев наших микроскопических происходят бои за место под солнцем не хуже человеческих войн, только оружие они применяют в основном химическое – эти самые антибиотики.
Ранее имело актуальность разделение антибактериальных препаратов по происхождению на природные (создаваемые живыми организмами – Пенициллин синтезируется плесенью), полусинтетические (когда природную молекулу модифицируют промышленно – Амоксициллин) и опасные химические (полностью синтетические – Сульфаниламид), которые пугают народ способностью убивать
На данный момент антибактериальные средства являются самой обширной группой препаратов, включающей более 30 категорий и 200+ наименований без синонимов, однако их всех объединяют некоторые уникальные качества:
В отличие от большинства таблеток и лекарств цель антибактериальных средств – не ткани нашего организма, а посторонние клетки бактерий, временно находящиеся в/на нашем теле;
• Уже упомянутая резистентность – из-за их взаимодействия с живыми системами последние великолепно учатся противостоять нашему оружию, снижая активность любого антибиотика со временем, – такого не наблюдается ни с одной другой группой препаратов, и предотвратить это невозможно;
• Сегодня антибиотикорезистентность к препарату обнаружена у одного пациента с определённой колонией микробов, а завтра она запросто будет по всему миру, потому что формирование устойчивости – это лишь вопрос времени; борьба же с ней стала головной болью и фарм-компаний и правительств.
