Она показалась знакомой. Ворон! Это его авто! Но что оно делает рядом с домом Ольги? В то, что Кир следил за мной, верилось слабо — демонам не нужна наружная слежка, а уж Ловец связал нас накрепко.
Потом я поняла, что не так: машина раскачивалась. Мерно, ритмично… Стоило поднять взгляд, как сквозь лобовое стекло стала заметна женская спина. И руки, скользящие вверх-вниз. Они гладили загорелую кожу, сжимали, оставляя красные отпечатки, и снова ласкали… Направляли. Помогали. У меня мурашки побежали по коже от этих движений. Женщина выгибалась, словно кошка в охоте, и так же грациозно. Светло русые локоны спадали на лицо, и я поймала себя на мысли, что она мне знакома. Но поверить не могла, полностью попав под чары любовного ритма, даже дышать стала в такт. Внизу сделалось мокро и горячо. Казалось, еще немного и рвану дверцу, присоединяясь к… К чему?
Детский смех раздался совсем рядом. Меня словно выбросило в реальность. Оглянулась, ожидая услышать возмущенный вопль молодой мамы, но та со смехом догнала сынишку и подхватила на руки. На машину даже не посмотрела, словно она была одной из многих, заполняющих стоянку.
И почему сквозь стекло так хорошо видно? Солнце не бликует, тень от качающихся веток не мельтешит, мешая смотреть… Я снова подняла глаза.
Мужские пальцы сжали талию. Женщина выгнулась в сладкой судороге, тряхнула головой, откидывая с лица волосы.
И я воочию убедилась: то, во что не верила, что не хотела понимать — реально.
В машине находилась Ольга.
Она повернула голову, но её взгляд остался затуманенным, она словно смотрела в стену. Или была одурманена. Да, именно так! Ворон, эта тварь, это исчадье ада, воспользовался своей силой, окрутил, околдовал…
Подбежать, рвануть ручку, распахивая дверцу, выхватить подругу из провонявшего сексом салона, увести, оградить… Стекло вдруг потеряло невероятную прозрачность, в нем отразилось синее небо и листья сирени… И лицо, похожее на маску. Это… я?
И чей это взгляд прожигает насквозь?
Сквозь толщу стекла на меня смотрел Ворон. В его глазах полыхало пламя, а губы изгибала торжествующая усмешка.
Ах он…
Я задохнулась. Взгляд этих наглых глаз был такой пронзительный, такой самодовольный, что хотелось схватить да хоть вон тот булыжник и как следует садануть по лобовому стеклу. Чтобы самодовольная рожа пошла трещинами и скрылась в белесом пятне.
Но вместо этого я поправила на плече сумку и сделала шаг из тени. Колени грозили подломиться, но я усилием воли заставила их не дрожать. Потом! Дома. А сейчас…
Россыпи автомобильных гудков догнала. Я даже не вздрогнула. Почти. Просто передернула плечами от внезапно налетевшего ледяного ветра. Запоздало удивилась, откуда он в такую жару, и тут же забыла: надо добраться до машины. Спокойно, не оборачиваясь. А главное, не придумывая этому гаду тысячу и один вид казни.
До гостиницы умудрилась доехать не расплакавшись. Поднялась в номер и оцепенела от его пустоты. И своего одиночества. Чужие стены давили и словно шептали, что никому я не нужна. Даже демону, с которым нас связывает ловец.
— Конечно! — ответила неизвестно кому. — Ему я нужна в последнюю очередь. Спит и видит, как избавиться.
Голос пронесся по комнате, отскочил зеркала и вернулся невесомым шепотом:
— Даже подруге… не нужна.
— Ложь!
Едва сдержалась, чтобы не разбить стекло. Недорогое, на рынке замену купить несложно, даже штраф меня не разорит.
И только после поняла — а ведь верно. Не нужна. Ольге нужен этот похотливый кобель, который только и норовит женщине под юбку заглянуть. И ведь хорош в этом! Дьявольски хорош!
Неудивительно, что Ольга не устояла. Я тоже сдерживалась с трудом, а если учесть, что подругу чем-то одурманили…
Убью, гада. Подонок!
А еще я его хочу!
К черту! Домой. Глядишь, вид разгромленной квартиры приведет в чувство, поможет прийти в себя… А там посмотрим.
Вещи — в сумку. Чехол с ноутбуком — на плечо. Дежурная улыбка администратора. Проверка номера, оплата счета — я пользовалась мини-баром, выпив всю минералку. Мраморные ступеньки, кажется, холодят ноги даже сквозь толстую подошву кроссовок. Почему я мерзну? Ведь так жарко. И еще этот треклятый пакет с письмами. Зачем я тащу его с собой? Выкинуть бы там, в гостинице…
Сделать это не позволила элементарная порядочность. Людям нужны ответы, пусть их напишу не я, а специально нанятый человек. Пакет зашуршал, сползая по сиденью. Даже доставать не буду — завтра все равно на съемки.
В клининговую компанию я так и не позвонила. Вместо того чтобы оставить грязную работу специалистам, сама взялась наводить порядок в разоренном доме. Убирала на место то, что осталось целым. Выбрасывала осколки и обрывки некогда любимых вещей. Оттирала заляпанные поверхности. Даже окна помыла. Двигалась как заведенная.
Чтобы очнуться поздно ночью, стоя в центре сверкающей чистотой гостиной.
