Колин тоже это почувствовал. Он только и ждал этого, чтобы позволить себе освободиться от напряжения. Дрожь, потрясшая ее изнутри, передалась и ему. Он выгнулся дугой в мощном толчке, и это последнее проникновение было таким глубоким и сильным, будто он хотел всем телом войти в нее.
Несколько мгновений спустя, еще не придя в себя от пережитых ощущений, Колин вышел из нее и повернулся на бок. Подняв простыню, он укрыл и себя, и Мерседес, и на этот раз, уже без всяких указаний и принуждений, она уютно свернулась, послушно повторив изгибы его тела.
- Я разбужу тебя перед рассветом, - сказал он. И заснул, положив ей руку на бедро.
В следующий раз он говорил с ней, когда Мерседес уже сидела за завтраком. Она была не одна. Тут были Бриттон с Бренданом и Сильвия. Только Хлоя вышла к столу позже него. Прежде чем сесть на свое место, он, подойдя к буфету, положил себе на тарелку яйцо всмятку, свежий хлеб и несколько ломтиков помидора.
- Доброе утро, - сказал он.
Приветствие относилось ко всем, но его глаза задержались дольше всего на Мерседес.
Но ответил ему Бриттон, а не Мерседес.
- Добрутро, капитан, - скороговоркой сказал он счастливым голосом, обмакнув кусок хлеба в жидкий желток и запихнув его в рот. И, не успев проглотить, он снова заговорил:
- Вы чуть было не опоздали.
В лучшем случае это заявление было большим преувеличением. Под суровым взглядом Мерседес он торопливо проглотил кусок.
Брендан не стал ждать, пока его брат прочистит горло.
- Он хочет сказать, - степенно объяснил он, - что если бы вы пришли чуть позже, то мы бы все уже уехали.
- О-о?!
Колин стукнул ложечкой по яйцу. Треск скорлупы поставил внушительную точку под знаком вопроса. Он увидел, как Мерседес вздрогнула при этом звуке, но промолчала и с преувеличенным вниманием продолжала изучать то, что было на ее тарелке.
Сильвия с лукавой улыбкой обратилась к Колину:
- Мерседес говорит, что мы все сейчас поедем с Хлоей в Глен-Иден. Помните? Хлоя собирается погостить пару недель у тети мистера Фредрика. - И поскольку ей не удалось добиться от Колина никакого ответа, она напомнила ему:
- Помните? Хлоя собирается замуж за викария!
- Да-да, - медленно произнес он наконец. - Помню. Я просто забыл, что это назначено на сегодня.
Это по крайней мере объясняло отсутствие Хлои за столом. Она сейчас наверняка в своей комнате - отбирает платья для поездки и следит, чтобы все было правильно упаковано. Значит, он сегодня действительно встал последним.
- Я не знал, что вы поедете все вместе.
На этот раз он так настойчиво посмотрел в сторону Мерседес, что никто другой не посмел за нее ответить.
Наступило довольно продолжительное молчание, заставившее ее поднять взгляд. Она прямо посмотрела в его неумолимые черные глаза и ответила без всякого намека на оправдание или смущение:
- Я подумала, что близнецы будут рады прогуляться верхом, а Сильвия хотела посмотреть, как там устроится ее сестра. Бен уже подготовил экипаж, а Генри будет править. Мы выезжаем сразу после завтрака. Как Бриттон уже пытался сказать вам, вы чуть было не опоздали.
- Значит, я тоже приглашен на прогулку? - спросил он.
- Конечно, - вместе пропели Бриттон и Брендан.
- О-о да, - сказала Сильвия.
- Как пожелаете, - спокойно ответила Мерседес. Она наклонила голову и продолжила свой завтрак. Холодная любезность в течение всего дня отличала манеру Мерседес. Во всех других отношениях она, на взгляд Колина, осталась прежней. Время от времени он мельком видел ее профиль, когда скакал верхом рядом с экипажем. Она показалась ему необычайно привлекательной, несмотря на глубокую задумчивость, но, когда кто-нибудь смешил ее, она охотно смеялась.
Жених Хлои встречал их в доме своей тети в деревне Глен-Иден. Они позавтракали в саду и потратили остаток дня, добираясь пешком по мощенной булыжником деревенской улице до отдаленного имения. Мерседес и Сильвия держались вместе с миссис Фредрик, а Колин быстро присоединился к близнецам. Хлоя и симпатичный священник следовали за всей группой на некотором отдалении, и их руки то и дело ненароком соприкасались на ходу.
Домой они вернулись уже затемно. Сильвия, заскучавшая по сестре, тут же отправилась к себе. Близнецы зевали во весь рот и не выказали ни малейшего протеста, когда Мерседес молча показала им на лестницу. Она смотрела, как они медленно преодолели ее и исчезли за углом лестничной площадки. Когда они с Колином остались одни у лестницы, она повернулась к нему:
- Я нужна вам сегодня вечером?
Он ответил не сразу. При всех модуляциях голоса и при всей заинтересованности в ее тоне она могла с таким же успехом спросить его, хочет ли он положить сахару в чай. Колин потянулся к ней рукой, чтобы отбросить прядь волос, упавшую на щеку. Она уклонилась.
- Не здесь, - сказала она. - Здесь - никогда!
Его рука медленно опустилась.
- О чем ты думаешь, Мерседес?
- Не понимаю, что вы имеете в виду?
"Вполне возможно, что и не понимает", - подумал он.
- Да, - сказал он в конце концов. - Ты нужна мне сегодня вечером.
