“Соберись, Мэт!” — командую себе, но ничего не выходит. Звуки все заглушаются, а перед глазами лишь она — Лера. Чувствую сухость во рту и пересилив себя, отвожу взгляд в сторону. Спина по прежнему болит, да так, что хочется лезть на стену, однако… Не могу показывать это перед девчонками. Да и не только перед ними… Мне отец тренировал, как человека, что не знает боли. Того, кто может вытерпеть все. Даже не смотря на то, что у меня есть все, что я пожелаю — этого качества я не могу никак убавить в себе.
“Мужчины не плачут” — вспоминаю слова отца, когда был маленький и напоролся пяткой на гвоздь. “Мужчина никогда не должен показывать, что он слаб. Особенно, на людях. Ты это понял?”. От воспоминаний того, насколько мы часто проводили время с отцом меня прошибает холодный пот. И его слова, которые я запомнил, еще сильней дают мне понять, что я выдержу все. Спина заживет, и я о ней не вспомню, а вот слезы мужчины — заполнят многие. И вряд ли я смогу отмыться от этого дерьма. Как представлю, что меня полощет весь институт становится противно. От самого себя. Поэтому, делаю глубоких вдох, который не унимает физическую боль, а только ее прибавляет, а после, тихонько выдыхаю.
И пока мы находимся в кабинете доктора, он умело накладывает тугую повязку на ее ногу. А я не могу пересилить себя не смотреть на Леру, хотя бы, искоса.
Хотя бы одним глазком.
“Мда, Мэт… сильно тебя девочка задела” — веду внутренний монолог сам с собой, чтобы хоть как то себя развлечь.
— Ну вот и все, — наконец-то говорит доктор, и отходит от Леры. — Идти сама сможешь?
— Да, — тихо роняет та, и взяв один ботинок в руку, пытается встать с кушетки. Попытка не увенчивается успехом, отчего, девушка дергает от боли, которая по всей видимости проходит по всему ее телу и вновь опускает на нее.
— Позвать Тараса?
Лера, по видимому, не ожидала от меня такой добрый жест, ведь.. Мы вроде бы как еще в ссоре.
Блин, что я чушь несу? Какая ссора? Я едва ли знаю ее, и до этого момента испытывал лишь неприязнь, а теперь что? Что я к ней испытываю?
— Если можешь… — отзывается та смущенно потупив глаза в пол.
Я встаю с кушетки, практически стиснув зубы от боли. Выхожу из кабинета и оглядываю коридор взглядом. Но, долго не разыскивать Тараса не приходится. Он сидит прямо у дверей, и, я не особо понимаю, что он тут делает.
— Зайди, — говорю ему со всей строгостью.
Тарас поднимается с металлической лавочки, которая установлена около кабинета и заходит за мной в кабинет.
— Ну как ты? — спрашивает он, а я в голове передразниваю его.
“Ню каг ти?” — едва ли не брызжа своей же слюной, делаю очередной глубокий вдох.
— Нормально, — говорит Лера.
— Проследите, молодой человек, чтобы девушка неделю не занималась никакими активностями, — говорит доктор не поднимая своего взгляда от бумажек, в которые что-то записывает. — И меняйте повязку два раза в день. На ночь пускай нога отдыхает.
— Хорошо, — отвечает Тарас и помогает Лере встать.
— Подождите, я еще не заполнил все бумаги, — останавливает их доктор, и я понимаю, что не смогу находиться тут дольше с ними, поэтому, разом говорю:
— Я скажу всю информацию.
В это мгновение, Лера испуганно смотрит на меня, словно, услышала что-то, что должно было храниться в полном секрете.
Однако, не смотря на то, что между нами разница в два курса — я уже навел кое-какие справки о ней. По крайней мере, этого будет достаточно для того, чтобы заполнить документы.
— Вы уверены? — выгибает бровь доктор, и кидает на меня внимательный взгляд из-за очков.
— Да, — еще и киваю в добавок. — Она в “Диких Пумах” черлидерша. А я, как вы помните, несу ответственность за всех, кто к этому причастен.
Улыбаюсь ехидной улыбкой, и замечаю, что Тарас, прям таки, буравит меня своим взглядом.
“Слышишь, чувак, вот только не начинай” — отвечаю ему таким же взглядом, немного прищурив глаза.
— Ну что ж… Тогда девушка свободна.
— Спасибо, — отвечает Лера и ее мгновенно подхватывает на руки Тарас, вынося из кабинета.
— А теперь, мы займемся вами, молодой человек, — говорит доктор и подходит ко мне.
Я снимаю с себя футболку и едва ли не цокаю языком от боли. Поворачиваюсь к нему спиной и слышу позади:
— Мда, дела не лучшие у вас.
— Что там?
— Сильный ушиб, — говорит тот и начинает ощупывать спину руками. В районе лопаток чувствую сильное жжение, сопровождающееся острой болью. От этого я дергаюсь, но держу язык за зубами.
— Вот тут?
— Да, — отвечаю ему.
— Что ж…
Доктор отходит от меня и я поворачиваюсь к нему лицом, встретившись взглядом.
— Сильный ушиб, который заживает в течении двух недель. По хорошему, нужно бы сделать снимок…
— Обойдусь без снимка, — говорю ему, однако, доктор меня перебивает.
— Мне придется доложить вашу отцу. Сами понимаете, протокол.
— Хорошо, — отвечаю ему.
Глава 9. Валерия
Четыре дня я не видела Матвея, лишь довольствовалась Лилией, которая носилась со мной, словно, угорелая.
Мне дали несколько дней отлежаться дома. Доктор услужливо выписал мне справку о том, что я буду проходить целую неделю на домашней обучении, дабы не усугубить положение моей ноги.
