— Ты же сама сказала, что планов на вечер у тебя нет..
— Есть, — дрожащая голосом отвечаю я, стараясь унять в себе нервозность. — Я совершенно забыла, что обещала Тарасу помочь с… с…. с….
— С прикладной математикой, — отвечает за меня друг.
Я едва заметно выдыхаю.
— Она? — вопросительно смотрит на меня Матвей. — С математикой?
— Да, — твердо отвечаю ему и беру Тарас за руку. — В общем, прости. Забыла совершенно об этом.
Парни буравят друг друга так, что сейчас дырки проделают. Мне становится не по себе. Я давно заметила, что когда эти двое встречаются, то между ними вспыхивает неугасаемая ярость. Но вот что любопытно: почему?
— Ну что ж… — с грустью в голосе отвечает Матвей. — Тогда я тебя заберу.
— Что?! — пищу я в ответ, но Матвей уже направляется к своей машине, надевая солнцезащитные очки.
— В девять, идет?
Моей злости нет предела. Мы стоит с Тарасом, как два истукана, провожая взглядом этого мажора. Матвей спокойной садится в машину, заводя мотор, и, помахал мне рукой, трогается с места. Шины скрипят под натиском его машины, и, нам ничего не остается, как проводить мадора взглядом.
— Поверить не могу, — говорит Тарас, сунув руки в карманы.
— Что?
— Да ты втрескалась!
— Ничего подобного! — топчась на месте, отвечаю ему. — Нет.
— Ага-Ага, — передразнивает меня Тарас.
Мы направляемся к его Байку. Тарас открывает бардачок и выдаёт мне второй шлем. Я надеваю его, застегнув защелку на шее и замечаю взгляд Тараса, который пронизывает меня миллионами иголок насквозь.
— Что ещё?
— Смешная ты, кроха, — смеётся тот и с треском закрывает мне защитное стекло на шлеме.
С Тарасом мы провели прекрасное время, которого мне так долго не хватало. Дом Тараса находился на окраине городка, в котором располагается вуз. Его отец совершенно недавно приобрёл этот дом, чтобы сыну было удобнее ездить на учёбу, да и вообще, отец всячески помогает Тарасу. Вот так летом, Тарасу удалось съездить за границу, чтобы стажироваться в престижной компании, с которой у его отца долгосрочный контракт. Тарас в целом мало рассказывает о бизнесе и о том, чем отец занимается, но, на самом деле, мне не особо и интересно.
Мы поели мою любимую пиццу и просмотрели серию нового сериала "Уэнсдей", который бил по чартам просмотров. Не сказать, что я фанатка семейки адамс, и вообще таких фильмов или сериалов, однако, мне сериал понравился. А что касается Тараса, то, он и вовсе остался в восторге.
После сериала мы долго болтали обо всем.
— Когда у тебя появится девушка? — спрашиваю у него. Тарас лежит на просторной кровати на боку, подперев голову рукой.
— А разве это так важно?
— Да нет, — пожимаю плечами. — Просто интересуюсь.
На ноутбуке, стоящем на краю кровати проигрывается музыка. Я заливаю на эквалайзер, который под такт льющейся мелодии прыгает и мигает разными огоньками.
— А ты, как я вижу, не торопишься связываться сердечными делами с Мэтом.
— Я не знаю, — признаюсь ему. — Мэт очень странный.
— Да, есть такое, — подтверждает Тарас и откидывается на кровать, поджав колени.
— Я думала, что после того случая, Мэт будет издеваться надо мной. А как оказалось…
— Он решил к тебе подкатить, — заканчивает за меня фразу друг. — И это тоже в неком роде может быть издевательство.
— Ты думаешь? — вопросительно выгибаю бровь.
— Ну сама посуди, — в голосе Тараса я слышу нотку безразличия, будто бы мы говорим о какой-то вещи, что не интересует его. — Мэт самый популярный парень вуза. Он богат, привлекателен и имеет огромные деньги в карманах. По нему сохнут все девушки, которые знают кто он такой. — Тарас делает паузу, чтобы посещать глаз. И только сейчас я принимаю к сведению тот факт, что парень изменился. Повзрослел. Стал более мужественный. Его рельеф тела, просвечивающий через белую футболку, прям таки кричит о том, что он в прекрасной форме. К тому же, Тарас стал достаточно спокойным и рассудительным. А той, кто будет рядом с ним — повезёт вдвойне из-за заботы. Я облизываю пересохшие губы, стараясь вынырнуть из своих же мыслей.
— И тут появляешься ты, которая тупо обливает его кофем. Издеваться над девчонкой в его возрасте методом школьных забав — уже не актуально. И он точно знает, что влюбиться в себя тебя, а после бросить — будет сладостным трофеем.
— Звучит как-то дико, — сухо отвечаю другу. — Да и жестоко как-то это.
— А у мажоров нет сочувствия, — Тарас закрывает глаза и я как сорока, начинаю рассматривать его черты лица. Казалось бы, мы с Тарасом столько лет дружим и я только сейчас замечаю небольшую родинку на подбородке темно-коричневого цвета. Его лицо стало более квадратными, с выделенным скулами.
— Быть может ты прав…
— Тебе самой то он нравится?
Вопрос заставляет меня врасплох. И где-то глубоко внутри себя, я боялась его услышать.
— Не знаю, — признаюсь ему. — Я в смятении…
— Ну если ты к нему ничего не чувствуешь, то, зачем себя терзаешь глупыми переживаниями?
Я задумываюсь над словами Тараса.
— Да, ты прав, — отвечаю ему, закусив губу. — Я зря себя терзают глупыми переживаниями.
— Или…?
