Я ожидала, что Томас взорвется, но он принял этот нагоняй.
– Туше.
– А что насчет, эмм… – я показала на собаку, которая смотрела на меня, словно собиралась впиться мне в горло в любой момент – или, может, она просто хотела, чтоб ее погладили по голове.
Рядом с нами остановилась машина, и оттуда выпрыгнула женщина, оставив двигатель работающим и фары влюченными.
Она открыла заднюю дверь и улыбнулась мне.
– Приветик, – Она посмотрела на Томаса и перестала улыбаться, – Привет, Ти–Джей.
– Рэйган, – сказал Томас.
Я уже ненавидела это прозвище.
Тэйлор не обращался к нему так. Женщина была экзотически красивой со своими каскадами каштановых волос, волнистые концы которых заканчивались чуть выше ее талии. Рэйган отстегнула Тотошку и собрала его вещи.
– Спасибо, Рэй, – сказал Тэйлор, – Эбби сказала, что все остальные собираются приехать к свадьбе.
– Нет проблем, – сказала она, стараясь не смотреть на Томас, – Коди не может ждать. Он так долго хотел собаку, но я не знаю, как люди оберегают щенка от одиночества, когда ходят на работу и в школу, – Она посмотрела на Тотошку и коснулась его носа своим, а он лизнул ее щеку. Она захихикала, – Папа предложил приглядеть за собачкой на день, поэтому посмотрим. Может, сидение в няньках несколько дней поможет нам решить. Мне нужно погулять с ним? Я не хочу беспорядка в своей машине.
Тэйлор покачал головой.
– Я гулял с ним сразу после того, как забрал. Он должен быть в порядке, пока вы не приедете домой. Эбби сказала тебе о ремне?
– Сказала. В подробностях, – Рэйган почесала голову щенка и повернулась, открывая свою заднюю дверь. Она пустила собаку на заднее сиденье, застегнула ремень, и затем он сел, ведя себя на удивление хорошо, когда она снова пристегивала его.
– Ладно, – сказала Рэйган, – Вот так. Рада видеть тебя, Тэйлор, – Ее выражение лица мгновенно потеряло все эмоции, когда она посмотрела на Томаса, – Ти–Джей, – Вероятно, она была подругой бывшей девушки.
Между прозвищем и чрезмерно холодным поведением, он, должно быть, был на самом деле зол на нее. Она снова улыбнулась мне.
– Я Рэйган.
– Лиис… очень приятно, – сказала я, полностью выбившись из колеи из–за ее метра восемьдесят.
Она поспешила к своей машине и исчезла внутри. Машина тронулась с места, а Тэйлор, Томас и я сидели в тишине.
– Ну ладно! – сказал Тэйлор, – Давайте повеселимся.
– Я не понимаю этого, – сказал Томас, – Он же не холостяк.
Тэйлор похлопал брата по плечу, снова так сильно, что это заставило меня вздрогнуть.
– Вся цель этих выходных – отпраздновать то, что мы пропустили, потому что этот мелкий ублюдок сбежал.
– И, Томми… – улыбка Тэйлора померкла.
– Я знаю. Трентон мне звонил, – сказал Томас.
Тэйлор кивнул с оттенком грусти в глазах, а потом дернул рычаг двери, перед тем как поставить машину на стоянку.
Когда я открыла дверь, холодный воздух шокировал меня. Томас потер мои руки, выдыхая маленькое облачко, которое было разительным контрастом для ночи вокруг нас.
– Ты можешь сделать это, – сказала я, уже дрожа.
– Ты забыла, как здесь бывает холодно? Уже?
– Заткнись, – сказала я, идя к зданию, к которому пошел Тэйлор. Томас побежал вдогонку и взял меня за руку, – Что ты думаешь о Тэйлоре?
– Твои родители должны гордиться. У вас исключительные гены.
– Я приму это как комплимент, а не пропуск к моему брату. Ты моя на эти выходные, помнишь?
Я ухмыльнулась, и он игриво дернул меня к себе, но потом я поняла, сколько правды было за этой легкомысленной фразой. Мы остановились у двери, и я понаблюдала за тем, как Томас настраивал себя на то, что было по ту сторону.
Не зная, что еще сделать, я поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. Он повернулся, поймав мои губы. Этот жест стал началом цепной реакции. Руки Томаса поднялись к моим щекам, осторожно обхватывая мое лицо. Когда мой рот разомкнулся и его язык проскользнул внутрь, я сжала его спортивную куртку в кулаках.
Музыка внутри внезапно стало громче, и Томас выпустил меня.
– Томми!
Другой брат – очевидно, так как он выглядел совсем как Тэйлор – держал дверь открытой. На нем были только желтые нейлоновые плавки Speedo, достаточно большие, чтобы скрыть его мужские части тела, и соответствующий парик. Отвратительный ярко–желтый акрил на его голове представлял себе беспорядочные локоны и кудри, и он кокетливо подергивал его одной рукой.
– Нравится? – спросил брат. Небольшими шажками он сделал пируэт, показывая, что кусочек ткани был вовсе не плавками, а трусиками–танга.
Получив неожиданный обзор его белоснежной задницы, я в смущении отвернулась.
Томас посмотрел на него вверх–вниз и выдохнул смешок.
– Какого хрена на тебе надето, Трентон?
Полуулыбка выявила ямочку на одной из щек Трентона, и он сжал плечо Томаса.
– Это все часть плана. Входите! – сказал он, делая небольшие круги рукой в свою сторону, – Входите!
Трентон удержал дверь открытой, и мы вошли внутрь.
