– Я думал, мы попытаемся начать все с нуля. Думал, между нами что-то есть.
– Я и так пытаюсь!
– И чего ты ожидаешь от меня? Сидеть дома, пока ты на вечеринке моего братства с кем-то еще? Мне что, другую девушку пригласить?
– Ты можешь делать все, что захочешь, – ответила я, раздраженная его угрозами.
Он поднял взгляд и покачал головой.
– Не хочу я приглашать другую девушку.
– Я не ожидаю, что ты не пойдешь на свою вечеринку. Там и увидимся.
– Ты хочешь, чтобы я пригласил кого-то еще? А сама пойдешь с Трэвисом. Разве ты не видишь, как это нелепо?
Скрестив руки на груди, я приготовилась защищаться.
– Паркер, я пообещала Трэвису еще до того, как мы сходили на первое свидание. Я не могу ему отказать.
– Не можешь или не хочешь?
– Да какая разница? Мне жаль, что ты ничего не понимаешь. – Я открыла дверь в общагу, но Паркер положил ладонь мне на руку.
– Ладно, – поверженно произнес он. – С этим мне, видимо, придется смириться. Трэвис один из твоих лучших друзей, я понимаю. Но я не хочу, чтобы это как-то влияло на наши отношения. Хорошо?
– Хорошо, – кивнула я.
Паркер открыл дверь и поцеловал на прощание в щеку.
– Увидимся в среду, в шесть?
– В шесть, – сказала я, махая ему рукой и поднимаясь по ступенькам.
Когда я завернула за угол, Америка вышла из душевой, и ее глаза засветились при виде меня.
– Привет, красотка! Как все прошло?
– Именно. Прошло, – вымученно сказала я.
– О-го-го.
– Только не говори Трэвису, о’кей?
– Не буду, – фыркнула она. – А что произошло?
– Паркер пригласил мне на вечеринку для пар.
Америка поправила свое полотенце.
– Но ты не кинешь Трэвиса, так?
– Так. И Паркер совсем не обрадовался.
– Ясное дело, – кивнула она. – Все чертовски плохо.
Америка перекинула свои длинные мокрые волосы на одно плечо, и по ее коже побежали струйки воды. Она была ходячим противоречием. Подруга поступила в Истерн, чтобы мы могли приехать сюда вместе. Она стала моей самопровозглашенной совестью – когда я поддавалась своим врожденным наклонностям и сбивалась с нужного пути, на сцену выходила она. Отношения с Трэвисом полностью противоречили всему, что мы с ней обсуждали, и тем не менее она стала его чересчур ярой защитницей.
Я прислонилась к стене.
– Ты разозлишься, если я совсем не пойду?
– Нет. Я просто немыслимым и необратимым образом взбешусь. Эбби, ты нарываешься на крупную ссору.
– Тогда, полагаю, я иду, – сказала я, вставляя ключ в замок. Зазвенел мой телефон, а на экране появилась фотография Трэвиса, корчащего забавную рожицу.
– Алло?
– Ты уже дома?
– Да, он привез меня пять минут назад.
– Значит, я буду у тебя через пять минут.
– Трэвис, подожди! – сказала я, но он уже отключился. Америка засмеялась.
– Недавно ты была на провальном свидании с Паркером и заулыбалась, когда позвонил Трэвис. До тебя все действительно так туго доходит?
– Я не улыбалась, – возмутилась я. – Он едет сюда. Можешь встретить его снаружи и сказать, что я уже легла спать?
– Нет – ты все-таки улыбнулась, и нет… иди и сама скажи ему.
– Да, Мерик, я выйду, чтобы сказать ему, что легла спать. Отличный план.
Подруга отвернулась и пошла в свою комнату. Я взмахнула руками.
– Мерик, ну пожалуйста.
– Хорошо повеселись, Эбби, – улыбнулась она и исчезла в своей комнате.
Я спустилась по лестнице и рядом со входом увидела Трэвиса на мотоцикле – в белой футболке с черным узором, открывающей татуировки на руках.
– Тебе не холодно? – спросила я, кутаясь в куртку.
– Хорошо выглядишь. Как провела время? Нормально?
– Э… ага, спасибо, – сбивчиво сказала я. – А ты здесь что делаешь?
Трэвис нажал на газ, и мотор зарычал.
– Я собирался прокатиться, чтобы немного развеяться. Хотел взять тебя с собой.
– Трэв, сейчас холодно.
– Хочешь, я съезжу за машиной Шепа?
– Мы же завтра идем в боулинг. Разве ты не мог подождать?
– Мы были рядом каждую секунду, а теперь я вижу тебя максимум десять минут в день, если повезет.
Я улыбнулась и покачала головой.
– Трэв, прошло всего два дня.
– Я соскучился. Тащи сюда свою задницу и поехали уже.
Я не могла спорить с ним, ведь я тоже очень соскучилась. Больше, чем могла в этом признаться. Я застегнула куртку и запрыгнула сзади, цепляясь пальцами за шлевки его джинсов. Трэвис положил мои ладони себе на грудь, скрещивая их. Как только он убедился, что я достаточно крепко держусь, то помчался по дороге.
Я прислонилась щекой к спине Трэвиса и закрыла глаза, вдыхая его аромат. Это напомнило мне о квартире и простынях, о том, как после душа Трэвис ходил с полотенцем вокруг бедер. Мимо нас стремительно проносился город, но я не обращала внимания на скорость или бьющий по коже холодный ветер. Меня не волновало, где мы едем. Я могла думать лишь об одном – о близости наших тел. Грани пространства и времени стерлись, и мы мчались по давно опустевшим улицам, только он и я.
Трэвис заехал на заправку и остановился.
– Хочешь чего-нибудь? – спросил он.
Я покачала головой и слезла с мотоцикла, разминая ноги. Трэвис наблюдал, как я пытаюсь причесаться пальцами, и улыбнулся.
– Брось это. Ты чертовски красива.
– Как из рок-клипов восьмидесятых, – сказала я.
