Я закатила глаза. В четверг устраивался вечер пива, поэтому здесь собиралось много народу. На танцполе было не протиснуться, возле бара в три ряда стояли посетители, выкрикивающие заказы, здесь же находились лучшие места для просмотра того, что Хэнк с любовью окрестил «мясным рынком», а ведь еще и одиннадцати не было – тогда хлынет основной поток.
– Западный угол! – выкрикнул Хэнк.
– Понял! – сказал Коуди, пробираясь сквозь толпу к машущим кулаками парням.
В течение двух-трех дней после боя посетители всегда вели себя более агрессивно. Посмотрев, как Трэвис Мэддокс безжалостно избивает какого-нибудь парня, они уходили с мыслью, что столь же непобедимы.
Рейган улыбнулась, застыв на пару секунд, чтобы посмотреть за работой Коуди.
– Офигеть, какой он сексуальный.
– Давай работай, лентяйка! – сказала я, отчаянно трясся «Нью Орлеанз Физз», пока не ощутила жжение в ладонях.
Рейган застонала, поставила в ряд пять рюмок, убрала вниз стопку салфеток, а затем перевернула бутылку ликера «Шартрез». Она наполнила рюмки доверху и провела тонкую линию на свободном участке бара. Щелкнула зажигалкой, и вспыхнул огонь.
Ближайшие к бару люди отпрянули, подальше от расползающегося по деревянной столешнице пламени, а потом взорвались радостными возгласами.
– Отойдите, мать вашу! – крикнула Рейган, и через тридцать секунд пламя потухло.
– Круто! – сказал Трентон, стоя передо мной со скрещенными на груди руками.
– Держись подальше от западного угла, – сказала я, кивая в сторону размахивавших кулаками придурков, которых разнимали Коуди и Грубер.
Трентон повернулся и покачал головой.
– Не указывай, что мне делать.
– Тогда проваливай из моего бара, – ухмыльнулась я.
– Мне «Фиесту», – сказал Трентон и пожал плечами.
– «Бад Лайт!»
– «Маргариту»!
– Привет, секси, – сказал знакомый голос.
– Привет, Бейкер, – с улыбкой ответила я.
Парень уже год добавлял по двадцатке к моим чаевым.
Трентон нахмурился.
– Ты забыла надеть блузку, – сказал он.
Я глянула на свой кожаный жилет. Да, моя грудь действительно была на виду, но все-таки я работала в баре, а не в детском саду.
– Хочешь сказать, что не одобряешь мой наряд?
Трентон попытался ответить, но я приложила палец к его губам.
– Мило. Ты думал, я спросила всерьез.
Трентон поцеловал мой палец, и я отдернула руку.
Рейган поставила рюмку перед Трентоном и подмигнула ему. Он подмигнул в ответ, поднял за нее напиток и через танцпол направился к столам для бильярда. Те стояли в десяти футах от драки, с которой до сих пор возились Коуди и Грубер. Трентон пару секунд посмотрел на представление, проглотил виски, которым его угостила Рейган, а затем пошагал в самое пекло. Дерущиеся расступились перед ним, как вода перед каплей масла.
Трентон сказал им пару слов, и Коуди с Грубером вывели двух парней из здания.
– Мне бы стоило предложить ему работу, – проговорил Хэнк, стоя позади меня и глядя на драку.
– Он не согласится, – сказала я, смешивая новый напиток.
В отличие от своего младшего брата Трентон, как я могла посудить, предпочитал не драться. Он вовсе не боялся, но подобно остальным Мэддоксам прибегал к этому варианту решения проблем по умолчанию.
Почти целый час я через каждые пять минут ловила себя на том, что оглядываю зал в поисках взъерошенных каштановых волос и белой футболки, которая облегала накачанные бицепсы и широкую грудь. Внутренне я поругала себя за то, что обращаю на это внимание. Я всегда выделяла Трентона из толпы, но никогда не пыталась узнать его получше и выяснить, что в нем такого особенного. Очевидно, его замечали и многие другие женщины, а мне не нравилась мысль стоять в очереди. Тем не менее сложно было не пялиться на него.
Трентон склонился над бильярдным столом, чтобы забить шар в лузу. Белая кепка, видимо одна из его любимых вещей, была повернута козырьком назад. Она потеряла белизну, но все же подчеркивала оставшийся после лета загар.
– Вот жуть! На входе было уже две драки! – округлив глаза, воскликнула Блиа. – Хочешь передохнуть?
Я кивнула, принимая деньги за последний сделанный мною коктейль.
– Не задерживайся. Через пять секунд это место просто взорвется.
Я подмигнула ей.
– В туалет, потом покурю и вернусь.
– Не вздумай уходить от нас, – сказала Блиа, взявшись за заказ. – Я поняла, что еще не готова к восточному бару.
– Не беспокойся. Сперва Хэнку придется меня уволить.
Хэнк бросил мне в лицо скомканное полотенце.
– Тебе не стоит волноваться об этом, дорогуша.
Я шутливо стукнула его по руке и быстрым шагом направилась в служебный туалет.
Оказавшись в кабинке, я спустила трусы до колен и села. Доносящиеся снаружи басы создавали приглушенный, но ритмичный грохот. Тонкие перегородки вибрировали, и, полагаю, мои кости делали то же самое.
Проверив телефон, я положила его на серый пластиковый держатель для туалетной бумаги. По-прежнему никаких вестей от Ти Джея, но писать сама я не хотела. Я не собиралась умолять его обратить на меня внимание.
– Ты уже закончила? – раздался за дверцей голос Трентона.
Все мое тело напряглось.
– Какого хрена ты здесь делаешь? Это вообще-то женский туалет, техасский рейнджер-маньяк!
