«— Почему ты зашла без стука? — опираясь плечом о стену, я смотрю, как она поднимает с пола диски от приставки и ставит их на место.— Извини, я стучала, — произносит она совсем тихо и идёт к выходу. Нет-нет. Так быстро не отпущу.— Застели постель, — не даю Лили уйти. Киваю в сторону кровати.— И забери грязные вещи. Специально сдёргиваю с себя полотенце и протягиваю ей в руки, оставаясь полностью обнажённым. Моё возбуждение застаёт её врасплох, и девчонка давится воздухом, доставляя мне удовольствие от маленькой победы.— Ты что делаешь? — закрывает лицо белой махровой тканью, которую только что забрала у меня, чтобы не таращиться на мой стояк. Но через мгновение откидывает её в сторону и поворачивается ко мне спиной.— Придурок.Не могу сдержать смешок и иду к гардеробу.»
Кто согласился на работу за городом, не имея собственной машины? Меня зовут Лилиан Хилл, и я та сумасшедшая. Стою в битком набитом людьми вагоне метро и одной рукой держусь за перекладину. Юбка, между прочим, самая лучшая из моего гардероба, задирается до середины бедра. Улавливаю взгляды рядом стоящих парней, но сейчас совершенно не до них. Пусть только попробуют сделать хоть одно телодвижение в мою сторону — разберусь жестко и основательно.
Все мысли — о предстоящем собеседовании. Я волнуюсь; от этого ладони ледяные и влажные, а живот неприятно скручивает. Утром не смогла толком впихнуть в себя и кусочка сэндвича, а теперь молюсь, чтобы нигде не рухнуть в обморок. Не лучшее тогда выйдет знакомство с работодателем. Хотя после устройства в кафе в родном Ривердейле, в котором трудилась после школы, уже ничего не страшно. Нет, всё же страшно, глупо это отрицать.
Мне необходимо произвести лучшее впечатление на мистера Ньюмана и убедить его, что я тот человек, который ему нужен. Неважно, что до работы буду добираться каждый день с пересадкой: сперва на метро, а после на такси. Но если все сложится хорошо и меня не обманут с обещанной зарплатой, то уже через месяц я смогу взять в прокат недорогой автомобиль.
Представляю, какое лицо будет у подруги, когда она увидит меня за рулем хоть и не собственной, но все же машины. Мечтательная улыбка слетает с лица — выходящие из вагона люди вырывают из размышлений. И слава богу; я чуть не пропустила нужную остановку. Кое-как успеваю протиснуться и выскочить на платформу. Половина пути пройдена, поворачивать назад глупо, поэтому поднимаюсь на улицу и после приятной прохлады оказываюсь под палящим солнцем Чикаго.
На небе ни облачка, день обещает быть жарким, хотя ночью лило как из ведра. Ветерок совершенно не помогает, хочется как можно скорее оказаться под кондиционером в такси. Перехожу дорогу и направляюсь к центральной площади: оттуда легче всего поймать автомобиль. Захожу на тротуар, перепрыгивая лужу, оставшуюся после ночного проливного дождя, и слышу характерный звук приближающейся машины. Интуитивно поворачиваюсь на шум и вижу, как грязная вода разбрызгивается в разные стороны. Хорошо, что успеваю отпрыгнуть на несколько шагов, но грязные капли всё же попадают на одежду. Белый Ламбаргини даже не притормаживает и как ни в чём не бывало продолжает свой путь.
Кому там хватило наглости испортить один из самых важных дней в моей жизни? Раздражение вмиг достигает всех допустимых пределов и выплёскивается в гневную речь, которая, надеюсь, сольётся с общим шумом большого города:
— Мудак! Раскрой глаза и смотри по сторонам, придурок! — для полноты картины показываю недвусмысленный жест в виде среднего пальца. Вроде немного отпускает.
Смотрю вслед этому уроду и мечтаю, чтобы в эту же секунду ему пробило все четыре колеса. Но, к сожалению, этого не происходит. Машина сворачивает на круговую и меньше, чем через минуту, останавливается возле меня.
Чёрт! Лилиан, беги!
Я не могу сдвинуться с места, ноги словно врастают в асфальт, а из салона на меня гневно смотрят два карих, ближе к медовому цвету, глаза. Первый раз вижу такой красивый оттенок. Как будто растопленная карамель, очень горячая и очень злая карамель.
— А теперь повтори, что ты сказала, — глубокий бархатный голос заставляет отвлечься от любования и вернуться в реальность.
В ту реальность, в которой я прокричала человеку на внедорожнике нелестные слова. Незнакомец недовольно разглядывает меня и ждёт ответа. Его губы поджаты, во взгляде плещется презрение, а брови стремятся к переносице, придавая лицу гневный вид. Вспоминаю, что не просто так выпалила ругательства в его адрес, а за дело.
— Вот и повторю! Мудак, раскрой глаза и смотри по сторонам! — на одном дыхании выдаю повторную тираду, вновь показываю средний палец, быстро разворачиваюсь и ухожу прочь.
Ещё перед кретинами всякими оправдываться. Сам виноват. И вот в таком виде мне ехать на собеседование? Это провал.
— Чокнутая! — слышу за спиной крик незнакомца, а после — визг шин.
Не оборачиваюсь. Внутри всё сжимается от этого инцидента. Умею же вляпываться во всякие ситуации, порочащие мою честь и достоинство. Встаю за киоском с кофе и вытаскиваю пару влажных салфеток, чтобы хоть немного привести себя в приемлемый вид. Но брызги на красной блузке не оттираются, и, стоит только прикоснуться к пятнам, как они превращаются в разводы. Оставляю всё как есть — ничего не исправить — и направляюсь ловить такси. Времени вернуться домой у меня уже всё равно нет.
С машиной везёт сразу, ну хоть на этом спасибо. Только вот настроение уже безвозвратно испорчено. Ну вот почему все красавчики по большей части такие невыносимые кретины? Видимо, чем симпатичнее парень, тем у него сильнее рвёт планку от собственного эго. Терпеть не могу таких.
