Крэаз замер, судорожно дыша. Медленно отстранился, тщательно поправил на мне одежду и только потом развернулся навстречу гостю, позволяя разглядеть того, кто так неожиданно прервал наше уединение.
У входа в беседку стоял высокий широкоплечий мужчина лет тридцати пяти — сорока на вид в легкой свободной рубашке и светлых брюках, заправленных в высокие сапоги. Его одежда, лишь на первый взгляд казавшаяся простой, была отлично скроена и сшита явно из дорогой ткани.
Густые белоснежные волосы с едва заметным теплым золотистым оттенком. Строгие, чеканные черты по-мужски привлекательного жесткого лица. Рельефная линия упрямого подбородка и твердые губы, в уголках которых таилось поистине царственное превосходство.
Но больше всего поражали глаза. Прозрачно-янтарные, цвета раскаленного полуденного июльского солнца. Они почти сразу же приковали к себе мое внимание. Не в силах оторваться, я как зачарованная вглядывалась в хрустальную медовую глубину этих невероятных очей, на дне которых мерцала какая-то удивительная тайна.
От восторженного созерцания меня отвлек Савард. Поднял со скамьи и резким собственническим жестом притянул к себе.
— Здравствуй, Раиэсс. — Как ни пытался сиятельный успокоиться, но до конца так и не смог. Сквозь нарочитую безэмоциональность размеренной речи то и дело прорывались яркие искры недовольства. — Как понимаю, тебе уже успели обо всем доложить? Эктар?
Раиэсс…
Раиэсс Айар? Император?!
Какие у нас гости, однако. Хотя это все объясняет. Никто, кроме императора и Крэаза, не смог бы так легко попасть на защищенную территорию запретного храма Проклятой. Получается, я имею сомнительную честь лицезреть властелина этого мира. И Савард с ним на «ты».
— Саэр Эктар весьма обеспокоен случившимся. Неудивительно, что он поспешил испросить аудиенцию и уведомить своего повелителя о возникших трудностях. Я ждал, что ты придешь вместе с ним. В крайнем случае вслед за ним. Но… не дождался, — легкая тень усмешки коснулась на мгновение рта Раиэсса, но он тут же погасил ее, плотно сжав губы. — Теперь понимаю почему.
Тяжелый взгляд завораживающих колдовских глаз остановился на мне. Невольно поежилась, а Айар, прищурившись, вкрадчиво произнес:
— Это та самая малышка, которая не побоялась пожертвовать самым дорогим, чтобы стать наидой советника императора? И самое забавное — ей это удалось, — издевку в холодном голосе не услышал бы только глухой. — Предприимчивая крошка! А какая интересная…
— Довольно, Райс — Савард поморщился и еще сильнее прижал меня к себе. — Давай вернемся в усадьбу и обо всем поговорим.
— Даже так, — протянул повелитель Эргора, неторопливо рассматривая нас с сиятельным.
Особенно его заинтересовала рука Крэаза, бережно удерживающая мои плечи. Он долго, внимательно изучал ее, как какого-то невиданного зверя. Потом, приняв решение, сказал негромко, спокойно и пугающе серьезно:
— То, что случилось, может стать огромной проблемой. Думаю, ты это понимаешь, Вард. Нужно срочно искать решение: поговорить с имперскими магами, воззвать к стихиям, поднять древнейшие хроники, особенно те, к которым за ненадобностью уже столетия никто не обращался. Придется немедленно вернуться в столицу. В обозримом будущем у тебя вряд ли найдется свободное время, чтобы наведываться в усадьбу, поэтому наиду возьмешь с собой. — Раиэсс замолчал, глядя в каменеющее лицо Саварда, и, предупреждая любые протесты, припечатал: — Такова моя воля.
Отвернулся и пошел к обрыву.
— Жду вас в столице, — донеслось перед тем, как император исчез в мареве мгновенного портала. — И настоятельно рекомендую не задерживаться.
Миг — и мы снова остались вдвоем.
Медленно опустилась на скамью, опустошенная, растерянная, ошеломленная.
— Вот и все, сирра Кателлина. — Ида заколола последний локон и отступила на шаг, давая мне возможность полюбоваться на свое отражение. — Какой комплект прикажете достать? Ваш любимый, с виноградными гроздьями? Или предпочтете что-то другое?
Поймала в зеркале вопросительный взгляд, улыбнулась и отрицательно покачала головой.
— Ничего не надо.
— Не положено, госпожа, — мгновенно насупилась девушка. — В столичном особняке вас обязательно будут встречать — слуги, домочадцы, возможно, даже сирра Наланта. Наида саэра Крэаза не может появиться на людях без украшений.
— Хорошо, — оборвала я бессмысленный спор. — Выберу что-нибудь. Сама. Можешь быть свободна.
Ида склонилась в торопливом поклоне.
— Я перейду следом за вами, госпожа, чтобы помочь устроиться на новом месте, а Юнна задержится здесь до утра, ей необходимо разобраться с вещами.
Кивнула, давая понять, что услышала, и, не глядя больше на служанку, потянулась к шкатулкам для украшений. Колье, подвески, браслеты, серьги, кольца — руки машинально перебирали призывно сверкающие дорогими камнями изящные безделушки, над которыми еще недавно билась в восторженном экстазе бедная Фиса, а мысли были далеко. Драгоценности сейчас интересовали меня меньше всего.
