– Давай, сучка, кричи для меня! – раздался грубый голос мужчины. И женщина послушно начала вскрикивать с каждым движением мужчины.
– Громче! – последовал приказ, – тебе ведь нравится, когда тебя дерут, как последнюю шлюху? Отвечай, когда тебя спрашивают!! Нравится?
– Да! О! Да! Обожаю тебя, любовь моя! Еще! Да! Шрамик, ты лучший!
– Шрам? Серьезно? – Саня думал, что ослышался, и, не переставая снимать, шагнул к кровати, и тут его заметили.
Женщина заверещала, уже не притворяясь, но ее любовника это не остановило. Он продолжал вколачиваться в нее с удвоенной силой, крепко держа за бедра. Оказывается, до финала ему не хватило нескольких движений тазом. Он их сделал, показательно кончил на уже округлившийся живот женщины и лишь после этого выпустил ее из своего захвата.
Саня, увидев финал, остановил съемку. Женщина отползла, стыдливо прикрываясь и пытаясь стереть сперму с живота ярким шелковым халатом. Тот же, кого она назвала любовно "Шрамик", встал, не стесняясь своей наготы. Грудь мужчины тоже была покрыта сплошной татуировкой. Кто не знал, тот бы и не увидел. Только близкие знали, что эта татуировка скрывала шрам мужчины, рассекающий его грудь на пополам. Мужчины обнялись как старые знакомые. Женщина смотрела на них, не веря своим глазам.
– Шрам, ну, ты как всегда! Прешь до финала, не останавливаясь! – хохотнул Саня, – попросил бы по-дружески, я бы лично поприсутствовал на вашей вечеринке.
– Каким ветром задуло в мою берлогу? – пропустив мимо ушей замечание Сани, поинтересовался мужчина и натянул на голое тело спортивные штаны. Казалось, что мужчины не обращали никакого внимания на лихорадочно одевающуюся женщину. Но, едва она шагнула к двери, Шрам остановил ее вопросом:
– Далеко собралась? Разве мы закончили?
Дарья застыла, глядя испуганно на мужчин.
– Хочешь? – Шрам задал вопрос Сане и кивнул на женщину – Горячая штучка.
– Нет, спасибо! У меня тут свой интерес, – хохотнул Саня, – ты ведь не будешь возражать, если я с ней просто поговорю?
– Да базарь, – легко согласился Шрам, – а я пока кофе сварганю, будешь? Не знаю, как ты, а я еще не жрал сегодня. На второй заход силы нужны.
– А это вы, значит, утреннюю эрекцию тут поймали? – хохотнул Саня.
– Почти! – кивнул Шрам и шагнул к кухне, которая была сделана здесь же, в комнате. – Не возражаешь, если я тоже послушаю, зачем тебе это кино?
– Не возражаю! – согласился Саня. – Имеешь право и слышать, и решать, могу ли я его использовать.
– Да вы охренели оба? – очнулась, наконец, Дарья, – что значит, использовать? Да ты в курсе, кто мой муж? Да он тебя в порошок сотрет!
Шрам заржал конем и, глянув на Саню, произнес, обращаясь при этом к женщине:
– Спорим, что Саня точно знает, кто твой муж! Я ведь прав, а, Сиплый?
– Прав, Шрам. Только вот сейчас у меня интЭрЭс не к ее мужу, а к ней самой!
– Чего? Ты кто вообще такой? – продолжала орать Дарья.
– Шрам, слушай, она всегда так орет у тебя?
– "Подо мной" – ты хотел сказать? – заржал опять Шрам. – Всегда. Нравится этой сучке орать во время секса.
– Дорогуша, орать будешь потом, и с ним! – перевел взгляд Сиплый на Дарью и поморщился, – а мне орать не надо, я и так хорошо слышу!
– Да тебя сгноят в…
Саня открыл на телефоне фото Никитки и сунул телефон Дарье в лицо:
– Узнала его, тварь?
Дарья, глянув в телефон Сани, замолчала на середине слова. Шрам удивленно обернулся, увидел, как изменилось лицо Дарьи, и сделал Сане жест рукой, прося и ему показать фото на его телефоне. Увидев фото ребенка, замер, впившись взглядом в Дарью. Женщина побледнела, но молчала.
– Вижу, что узнала! – продолжил Саня. – А ты в курсе, что и муж твой алкаш, и свекор сгорели несколько дней тому назад?
Дарья, казалось, побледнела еще больше, судорожно сглотнула и замерла.
– Вижу, что в курсе. Тебе наверняка сообщили. Ваш участковый дядя Ваня, наверняка, и сообщил!
Дарья, услышав имя участкового, дернулась, выдав себя.
– И что думаешь на это? – продолжал допытываться Саня. – Хотя, погоди, когда ж тебе думать то, верно? У тебя же, как ты говоришь: "
– Это правда? – рыкнул Шрам.
Саня молчал, Дарья испуганно кивнула.
– Тварь! – припечатал мужчина и перевел взгляд на Саню:
– Чего ты от нее хочешь?
– Отказ от ребенка. Мальчишку усыновить хотят. Хорошие люди, не чета этой гадине! – он кивнул в сторону Дарьи.
– Подпишет! Куда она денется! – усмехнулся Шрам и перевел взгляд на Дарью. – Ведь подпишешь?
– Подпишу, – прохрипела.
– Правильно. Зачем пацану такая мать? – кивнул Шрам. – Когда надо?
– Завтра. Я скину тебе, куда ее привезти и во сколько.
– Я сама приеду! – Дарья откашлялась.
