– Определенно, – произнесла она стальным тоном, характерным для федерального сенатора.
Глаза Джека тут же перестали блестеть. Он отпустил ее запястья и сделал шаг назад. В течение некоторого времени они оба молчали, но продолжали смотреть друг на друга с сожалением.
– Чем вы собираетесь заниматься сейчас? – мягко спросил он.
– Мыть посуду.
– А потом? Не хотите посмотреть телевизор? – Его губы дернулись. – Полагаю, вам хочется узнать последние новости?
Лиззи представила себе Джека, сидящего на диване, вытянув перед собой длинные мускулистые ноги. Она знала, что рядом с ним не смогла бы сосредоточиться на новостях.
Ей следовало уединиться, успокоиться, прояснить мысли. Новости могут и подождать. Их можно узнать из Интернета.
– Нет, спасибо. Сегодня никакого телевизора, – ответила она, направляясь к двери. – Мне нужно просмотреть электронную почту.
Неужели она почти позволила Джеку ее поцеловать?
Она хотела, чтобы он ее поцеловал. Она чуть не бросилась в его объятия. Стоя на веранде у двери в свою комнату, Лиззи смотрела на пастбища и серебристые стволы эвкалиптов, потрясенная тем, как легко чуть не испортила собственные планы. Она приехала в «Саванну» отдохнуть от городского шума, от внимания журналистов, которые непременно пронюхали бы о ее беременности и сделали из этого сенсацию. Сегодня вечером она чуть было не предоставила им повод для нового скандала. Она могла себе представить заголовки.
«Любовное гнездышко сенатора Грин в австралийской глуши».
«Сенатор Грин соблазняет ковбоя из Северного Квинсленда».
Ей хотелось забыть обо всем, кроме блестящих от желания глаз Джека и его губах, обещающих высочайшее наслаждение.
Как страшно было осознавать, что она была такой слабой. После долгих лет самодисциплины и усердного труда, после нелегкого решения стать матерью-одиночкой, сегодня она чуть не поставила все это на карту, ведя себя как озабоченный подросток.
Слава богу, она вовремя одумалась и ничего не произошло.
Но предупрежден, значит, вооружен. Теперь, когда она знала, как опасен для нее Джек, она будет осторожнее.
Сидя на задней террасе, Джек уставился в ночную темноту и, рассеянно поглаживая голову Коббера, прокручивал в уме сцену на кухне.
Он был так близок к тому, чтобы поцеловать Лиззи. Их губы разделяло всего несколько дюймов. Он чувствовал запах ее кожи и легкий аромат лимонного шампуня. Ему так хотелось попробовать ее на вкус.
– Как ты считаешь, – спросил он у собаки, – это был категорический отказ или спасительное бегство.
Лиззи снилось, что она маленькая девочка. В голубом платье и сандалиях она брела по знакомым мощеным улицам Монта-Корренти, где из оконных ящиков свешивались фиолетовые петунии, а между балконами были натянуты бельевые веревки. Куда бы она ни пошла, повсюду были слышны церковные колокола, вызванивающие Angelus domini, и она чувствовала себя защищенной.
Неожиданно сон сменился другим, и Лиззи оказалась в кухне своего дяди Луки, где с потолка свисали пучки сушеных красных перцев, а в углу стоял старый деревянный буфет с сине-белыми тарелками из толстого стекла. Из кастрюли на плите доносился аромат фирменного томатного соуса Луки.
Ее кузены, близнецы Алессандро и Анжело, тоже были в этом сне. Они втроем, хлюпая, ели спагетти из глубоких мисок.
Оттуда она перенеслась в жаркий летний вечер. Они с близнецами лежали на террасе в доме дяди, смотрели на луну и вдыхали аромат жасмина. Внезапно на веранду ворвалась Изабелла, но она была взрослой. Она пожаловалась Лиззи на то, что ничего не знала о своих братьях, и спросила, где их искать.
Когда Лиззи проснулась, она долго не могла отойти от этого сна, хотя Алессандро и Анжело давно покинули Италию. Так давно, что Изабелла с братьями и сестры Лиззи не знали об их существовании.
Большинство ее воспоминаний, связанных с близнецами, были расплывчатыми, но она помнила их блестящие глаза и озорные улыбки.
Тяжело вздохнув, она перевернулась на другой бок и содрогнулась при воспоминании об ужасном скандале, который разразился во время ее приезда в Монта-Корренти.
Лиззи отправилась в Италию с радостными новостями. Еще больше она обрадовалась, когда Изабелла сообщила ей о своей помолвке с Максом. Уезжала она из дома в расстроенных чувствах. У нее в голове не укладывалось, зачем ее матери так внезапно понадобилось напоминать брату о прошлом.
Да, у Лизы было полно новостей. Она только что вернулась из Нью-Йорка, где увидела в газете фото Анжело, который стал звездой бейсбола. Но Лиззи не могла понять, почему ее мать выбрала день рождения Луки, чтобы ему об этом сообщить. Изабелла и ее младший брат Валентино случайно подслушали этот разговор. Разумеется, новость о существовании близнецов усугубила вражду двух семей. Больше всех пострадала Изабелла.
