Он сам не понял, что заставило его оглянуться. Не успел осознать как блеснуло на солнце лезвие. Но стремительно отскочил на дорогу, едва не угодив под несущийся на бешеной скорости грузовик. Рука с ножом сделала короткий полукруг, чуть не пробив крышку капота. Паренек глянул на Лосика и ощерился. Нож у него был серьезный, таким не пугают, на глушняк валят.
- Ты это брось!- Прохрипел Лосик.- Спокойно. Сейчас я сяду в машину, и мы больше никогда не встретимся…
- Никуда ты не уйдешь,- снова ощерился противник.- Иди сюда…
- Парень, не валяй дурака,- Лосик осторожно продвигался к своей машине.
Твою мать, лихорадочно думал он, да это же наркоман! Завалить средь бела дня на трассе… Завалить из-за куска железа и того, что в карманах…
И еще он успел заметить, как девица вышла из машины, и в ее руке тоже блеснул нож.
- Вот как?!- Прошептал Лосик, уже понимая, что живым они его не выпустят, и бросился вперед…
Рану на руке он перетянул какой-то тряпкой, валявшейся на заднем сидении. Спустился вниз по откосу, где в густой траве лежали его несостоявшиеся убийцы. Подошел к ним, потыкал обоих монтировкой.
Девица все еще не подавала признаков жизни, а ее друг уже начал приходить в себя.
- Кто вас послал?- Спросил Лосик, склонившись над ним.- Кто?
Наркоман откашлялся, выплевывая кровь из разбитого рта, глаза у него снова закрылись.
- Кто?!- Крикнул Лосик.- Завалить меня хотел, сучара?! А я тебя валить не буду. Я тебя накажу.
Он перехватил монтировку и со всей силы ударил наркомана по одной руке, перебил кость. Ударил по второй. Тот взвыл от боли, свернулся в клубок, прижимая сломанные руки к груди.
- Теперь ты, сучка.
Девчонка неожиданно открыла глаза и в упор посмотрела на Лосика. У нее был взгляд измученного жизнью человека. И было в ее взгляде еще что-то такое, от чего сердце у Лосика дрогнуло.
- Не бей меня, я не виновата,- прошептала она.
- Вставай, блядь,- Лосик смотрел, как она с трудом поднимается с земли.
- Только не бей меня больше…- Сейчас из ее глаз катились крупные прозрачные слезы.- Я больше не могу. Я не выдержу, если меня опять будут бить. Я сойду с ума…
- Хорош скулить!- Оборвал ее Лосик.- В машину! В мою машину…
Он обернулся. Наркоман затих, лежал в траве с широко открытыми глазами, прижимая руки к груди.
- Как тебя зовут?
- Наташа Коробкова.
Лосик повернул ключ зажигания.
- Кто меня заказал? Имя скажи!..
- Я не знаю! Его только Шарфик знает!
- Шарфик – это он?
- Да.
- Кому должен?
- Я не знаю…
- Не крути, блядь! Если бы тебя вальнуть решили, чё бы ты сделала?- Лосик коротко глянул на нее, потом посмотрел на часы. До города оставалось еще минут пять езды.- Чё бы ты сделала?
- Я не хотела.
- Гонишь! Ты за дозу работала. Ты хотела, блядь! Хотела меня грохнуть…
Она вдруг выпрямилась и вцепилась в ручку дверей:
- Ты думаешь, я хотела убить тебя?!
- Кто меня заказал?! Скажи и живая уйдешь…- Лосик резко свернул на обочину.- Кому Шарфик должен? Чуркам? Пушерам? Ментам?
Она молча и уже непроницаемо смотрела на него.
- В молчанку будешь играть?- Лосик дотянулся до дверей с ее стороны и щелкнул замком. Поднял с коврика монтировку.- Вылезай, ломать тебя буду…
Из ее глаз снова покатились слезы.
- Чё ты сидишь, овца? Выпрыгивай…
- Он всем должен! Не бей ты меня! Я бы сказала тебе, не знаю…
- Крутишь…
- Нет,- она энергично помотала головой.
- У кого он деньги брал? Ты с ним была…
- Нет! Он утром приехал обдолбаный. Сказал, что долг спишут…
- Я найду тебя! Пошла вон!..
Лосик крепко сжал челюсти, нажал на педаль газа и выкрутил руль.
О случившемся Лизавете ничего не сказал. Свою старенькую "восьмерку" поставил в гараж, забыв о стаканчике с ягодами.
Вечер прошел спокойно. После того, как дозвонился до Говорухина и рассказал об исчезновении Федора, они с Лизаветой еще какое-то время перебирали догадки и предположения, куда тот мог так внезапно и без предупреждения уехать. Но каждая их последующая догадка была или фантастичней или пессимистичней предыдущей. И от этого на сердце у Лосика становилось еще неспокойней.
День, казавшийся бесконечным, плавно перетекал в летнюю ночь. Птицы щелкали в кронах деревьев, над плафонами уличных фонарей вились мотыльки. После заката небо стало темно-синим, в космической дали крохотными льдинками сверкали звезды. Они были так не похожи на зимние, мохнатые и яркие ночные светила.
Лосик стоял на балконе, вдыхая свежий прохладный воздух.
Во дворе было тихо, только на лавочке у крайнего подъезда сидели двое. В темноте огоньки от их сигарет описывали в воздухе замысловатые петли.
