За мгновение перед ней пронеслись целые эпохи, показывающие, как открытие врат приводило к уничтожению целых поселений.
Навь внутри души Виктории рассказывала, что хранилось в её памяти. Реки крови, орды нечисти и всепоглощающий страх. Она не хотела видеть этого, но внимательно следила за искажёнными от боли лицами людей, налитыми яростью глазами чудовищ и бесконечным пламенем, после которого останется лишь пепел.
— Твою мать… — Кейра выругалась и помогла кашляющей Виктории повернуться на бок. — Прости, что так резко, но ты начала коченеть.
Ауст продолжал сжимать чешуйчатую ладонь, пока Виктория дрожала от кашля и озноба.
— Сейчас станет теплее, подожди. — сказал он, пропуская уже свою магическую энергию.
И он не соврал, озноб прекратился, хотя дрожь никуда не пропала.
— Там…там была…гора… — девушка хрипло и тяжело дышала. — Очень…высокая гора…и огонь… — в конце Виктория сонно добавила. — врата…в горе…
— Всё, тише… — прошептал Ауст, накрывая Викторию лёгким одеялом. — …отдохни немного.
Он не отпускал руку, вплоть до момента, пока девушка окончательно не заснула.
Кейра без колебаний согласилась присмотреть за Викторией, когда магистр отошёл сообщить остальным столь важную информацию касательно врат.
В итоге они так и не двинулись с места вплоть до вечера. Тогда, за ужином, Яред огласил, что единственным местом во всей Южной Империи, которое подходило бы под описание, являлась гора Мардук. Там как раз стояло несколько имений семьи Тульсей.
Рядом с горой испокон веков был небольшой шахтёрский городок, который во времена войны нередко страдал от поджогов и не раз восстанавливался. Где-то говорилось, что изначально город строился гномами, ведь гора Мардук, если верить переводу с древних языков, была самым настоящим вулканом. Только вот он уже очень давно спит, хотя угля и обсидиана там добывалось предостаточно, даже по сей день.
Дорога до города, учитывая их местоположение, должна была занять не больше недели. Гора разделяла собой часть пограничных территорий и Юг, им нужно было лишь немного свернуть, чтобы вместо Пхайте, оказаться рядом с Мардук.
Когда они шли к руинам Марх'ерима, то даже могли увидеть сбоку на горизонте вершину горы, но были слишком заняты мыслями о жаре и солнце.
Виктория очнулась только следующим утром. Такое яркое чувство похмелья она не испытывала ещё никогда в своей жизни. Услышав, что её мучения не прошли даром, она облегчённо вздохнула и залпом выпила противный отвар от головной боли. Её аж пробрало от горько-кислого вкуса, заставившего окончательно проснуться.
Самаил отказался идти вместе с ними, ведь договор касался только руин, из-за чего им пришлось распрощаться на развилке перед границей. В целом, в его помощи не было нужды, ведь вершина горы была для них как маяк, позволяющий не заблудиться.
Звёздные ночи и палящее солнце сопровождали их вплоть до зелёной травы и высоких тропических деревьев. Климат вблизи Мардук был более благоприятным и влажным. Густая растительность и пение редких птиц стали неотъемлемой частью их маршрута.
Виктория видела, что маги уже были морально измотаны непростым путешествием, но старались не подавать виду. Миссия была слишком важна, чтобы бросать всё на полпути только по причине усталости.
Ауст тоже выглядел измученно, это с лёгкостью читалось в мимике и глазах. Он всё чаще дремал во время привалов, а по ночам вздрагивал от кошмаров.
Даже Кейра, казалось, медленно теряла силы, хотя в её случае всё объяснялось постоянными тренировками какого-то нового заклинания.
Конечно, хотелось сказать, что скоро всё закончится, но это не было бы правдой. Ведь прибыв в город рядом с Мардук, их встретили самые обычные жители, занятые своими житейскими делами. Все разом поняли, что южные врата ещё не были открыты, а это значит, что им предстояло предотвратить открытие любым способом.
Виктория узнала некоторые дома и подтвердила, что они прибыли на верное место. Именно этот город являлся ей в видениях, именно он некогда был сожжен до основания.
Но прежде чем снова начинать процесс поиска, девушка приказным тоном заставила магов снять комнаты на постоялом дворе у ворот и хорошенько выспаться. Их серые лица неимоверно нервировали.
Все охотно последовали её просьбе, ведь она была до боли прав. Вечные бессонные ночи за свитками, вкупе с переживаниями и ответственностью, дали свои плоды. Весь отряд на пару дней выбыл из плотного графика по спасению мира. Они просто вообще ничего не делали. Виктория назвала это эмоционально физической разрядкой, которая поможет стать более продуктивными в их нелёгком деле.
Сама же Виктория эти два дня посвятила размышлениям о жизни, смерти и целях на будущее. Она неохотно признала, что не хочет умирать, пока точно не узнает, какую цель преследует магистр на её счёт.
