Эти пять минут Павлик слонялся туда-сюда по коридору, не зная, куда от волнения деть руки. Итог: пострадала пальма в кадке, шаловливые пальчики ощипали беднягу. Сигнал, оповещающий о приходе смс, был ему сейчас глотком воды в пустыне. Даже не раздумывая, омега ринулся на парковку, сев за руль своей машины, постарался успокоиться и глубоко вдохнуть, перед тем как тронуться с места. Голова стала более ясной, но не настолько, чтобы сейчас все бросить и пустить на самотек. Как там говорила Маринка? Брать тепленьким?
Павлушка до сих пор не мог поверить в свое счастье и даже думать не хотел о том, что его могут отвергнуть, оттолкнуть. Если такое произойдет, то он точно потеряет смысл жизни. Григорий Олегович ему очень нравился, но Павлик, до сегодняшнего времени, старался задавить еще в зародыше непонятные чувства, думая, что врач точно не оценит его порывов. На это было несколько причин: возможно у него уже была девушка, связь с мужским полом – противоестественна для нормального мужчины. Сейчас все сомнения отпали.
Как в тумане он припарковался у нужной многоэтажки, выскочил из автомобиля и помчался к подъезду. Дрожащими пальцами набрал номер квартиры на домофоне.
- Кто? – послышался хриплый голос примерно через полминуты.
- Сосед, ключи забыл, - провозгласил писклявым голосом омега с замирающим сердцем, боясь спугнуть свою добычу.
Писк открывающейся двери принес облегчение. Взлетев на четвертый этаж, Павлик затормозил у нужной двери, пригладил растрепанные волосы, оправил рубашку и, нацепив улыбку, уверенно нажал на звонок. Дверь резко и неожиданно открылась, представив Павликову взору растрепанного и ошарашенного альфу с топорщащимися штанами в интересном месте. Омега ухмыльнулся, толкнул Григория внутрь квартиры и сделал шаг вперед:
- Думаю, Григорий Олегович, вы очень рады меня видеть? – тихо прошептал он, притягивая за рубашку альфу к себе.
- Как?! - Григорий только это и смог выдать, прежде чем почувствовать на своих губах чужие, но такие желанные, губы.
***
Сумасшествие дня уходило с прикосновениями, что сбивали с ног, с каждым вдохом аромата, что выносил все мысли. Что ими тогда двигало? Желание или животный инстинкт? Что ж, они, и по сей день понять не смогут. Сейчас, они взглянули друг на друга иначе, в другом ключе. Поборов здравый разум, Григорий теснее прижался к своему омеге. Да, то, что он его, Григорий понял еще в палате. Внутренний голос орал и диктовал им обоим, что они должны делать, и как же трудно было его заставить заткнуться. Еще труднее было разомкнуть объятия. Да это вообще стало нереально! Сквозь очередной стон, сорвавшийся с чьих-то губ, это уже не так важно, Григорий понял, что оставаться в прихожей больше нельзя.
Миллиметровыми шажками, а это трудно сделать по-другому, когда тебя обхватили ногами и буквально валят нелегкой тушкой на пол, Григорий направился в сторону спальни.
«Донести б и не разложить прямо здесь» - это была единственная здравая мысль альфы в тот момент.
Продолжая властвовать во рту этого нахала, врач все ж остановился, прижав его к стене. Да и немного передышки рукам надо дать, а то держать его не так легко. Немного отстранившись, решил взглянуть в глаза.
«Что я хотел там увидеть? Черт! Да, блин, все что угодно, но не похотливую сущность сучки!» - ему так и не дали домыслить, завладев ситуацией, да Григорий и не сопротивлялся.
Альфа, позволяя терзать свои губы, иногда и сам перегибал палку и чувствовал вкус крови и скулеж, что вновь приводили в норму расплавленный мозг. Он боялся его сильно ранить, ха, ему и самому было смешно от этого – «ранить»! Такой необузданный омега мог и сам кого хочешь покалечить. А потом опять прижимал и, наверное, пытался вбить его в стену. Зачем? Да просто хотел ощущать эту дрожь во всем его теле. Эта надоедливая наседка, переступив его порог, просто с рвением изголодавшейся пиявки, впился своим поцелуем в его рот, деля мир альфы на «до» и «после». Кто ж знал, что за личиной курицы скрыт такой животный потенциал? Раскрасневшийся, со сбитым дыханием, немного ошалев, он и сам не понял, как они оказались практически голые.
«Хорошо дверь захлопнул, а то такое шоу соседям бы точно понравилось. А тут нате, смотрите и наслаждайтесь. А хрен вам! Моё!» - промелькнули первые нотки ревности.
От соприкосновений обнаженных тел ментально искрило, смешно, но они были не против того, чтобы сгореть в этом адском пожаре.
Проведя рукой по омежьей спине, альфа почувствовал, что тот напрягся, но поцелуй стал мягче и нежнее, куда-то пропала звериная ненасытность. Треск пуговиц на рубашке Павлуши и падающий клочок ткани полностью слили их обнаженные тела воедино.
