Подруги уснули у меня на большой кровати. Ко мне же сон не шел. Решила пойти убраться на кухне, нужно было занять чем-то голову и руки. В квартире было не холодно, но я то и дело мёрзла. Мне было страшно, что я могу упустить очень важного для меня человека…
— Кристин, пожалуйста, не надо слез…
— Ром, ну почему она? Почему не я? — подруга смотрит на меня своими большими красивыми глазами.
— Ох, если бы я знал, — опускаю голову.
— Чем эта пигалица лучше? — Высокова срывается.
— Не опускайся до оскорблений, — прошу я, — ты же мудрая и сильная, не унижайся.
— Хуже уже некуда, — девушка со всей злости начинает бросать подготовленные для совещания бумаги в разные стороны.
Я даже не знал, как реагировать. Хотелось, конечно, спокойно поговорить, но видимо не выйдет.
— Я никогда не давал тебе повода считать, что между нами что-то может быть, — поясняю и закуриваю.
— И всегда я не понимала почему! Я же знаю тебя как никто другой, могу сделать счастливым. Мне не нужны брак и дети, мне нравится работа и наш журнал. Я, также как ты, готова трудиться над его процветанием. Вместе мы бы столькое смогли… — крик вперемешку со слезами.
— Ты не можешь “знать меня”. Я сам в последнее время не узнаю себя, — я начинаю заводиться, — Мне тоже раньше казалось, что я могу работать без выходных и проходных. Только вот знаешь, попробовав один раз жить, дышать, я чуть не задохнулся… Это оказывается так круто, что захотелось всего, и семьи, и дома, и детей.
— С ней? — лицо Кристины скривилось.
— Да, с ней! — кричу я.
Только проговорив это вслух, я понял, как же сильно девчонка запала в душу. Мне было уже плевать на журнал и его будущее спасение. Женя пришла, доказала свою непричастность к тому тексту. Это было важно для меня и для нее… Я видел, как девушка переживала. Только вот к чему это все, если сейчас она уже в объятиях другого?
Меня передергивает от этих мыслей. Чувствую, что закипаю. Но как так быстро она нашла утешение в другом? Этот смазливый пижон просто терся рядом, ждал момента.
Кристина продолжала реветь. Да сколько можно то уже?
— Прекрати, пожалуйста… — прошу я.
— Просто уходи, — шепчет Высокова, — я не хочу тебя видеть.
Мне повторять не надо. Надоело! Я тушу сигарету, открываю окно, чтобы чуть проветрить в кабинете, беру свои вещи и ухожу.
Лучше бы за Женей пошел, честное слово. Я не побежал за девушкой, как влюбленный мальчишка, потому что если бы она подтвердила, что была с другим, к инвесторам я бы уже не вернулся. Просто бы наверно с ума сошел окончательно.
***
Работа над новым номером помогает мне отвлечься. Только приходя в свою запущенную квартиру в новостройке, я наливаю себе немного виски и смакую воспоминания о нашем маленьком отпуске с Женей. Наверно таким живым я еще никогда не был, так остро не чувствовал.
Я несколько раз порывался позвонить ей, или приехать, но каждый раз одергивал себя. Ни к чему это. Пусть луше она запомниться мне такой вот наивной, волевой, смелой и безумно привлекательной. Как горели ее глаза того, когда она ворвалась на совещание.
Мне звонил Станислав Сергеевич, инвестор, спрашивал, вернулась ли “авторша” в журнал. Я пообещал, что обязательно свяжусь с ней, но только после того, как мы вернемся в обычное русло. Нам два, три номер нужный хороших, а не вот это вот все. Мужик со мной согласился, но настойчиво повторил, что хочет видеть Женю в нашей команде.
Рита очень сильно помогла мне быстро войти в курс дела. Наш тандем зарядил всех сотрудников, на отличную работу. В редакции кипела жизнь. Со всеми европейскими планами, я уже и забыл, как это быть в центре событий. Не скрою, в офис я ехал с азартной улыбкой, готовить номер офлайн было в удовольствие.
Аркадий, мой ассистент, отправился в Париж и там помогал мне наладить связь с новыми офисами. Конечно, туда надо было возвращаться, и как можно скорее, но я оттягивал этот момент всеми силами.
Несколько раз вечерами мы встречались с Кристиной в ресторане. Она продала мне свою часть “Модницы”. Решение далось ей тяжело, но поступила она правильно. Конечно, подруга была не в курсе, что я немного подтолкнул ее к такому решению. Позвонил Ваське, с которым она встречалась в институте, попросил трахнуть уже эту бестию, чтобы успокоилась. Друг, как раз недавно развелся, с радостью, решил тряхнуть стариной. Насколько мне известно, птичка в клетке, на днях они стали жить вместе.
Новый выпуск был действительно хорош, последний раз проверяя его перед печатью, я прям залюбовался. Только вот чего-то отчетливо не хватало… Истории Жени были для читательниц, как сериал, у которого должно было быть продолжение. Решать девушку возможности высказаться, я не мог. Пришлось внести некоторые изменения, убрать совершенно ненужный текст о пользе семейного психолога. Я нашел у себя на почте последний материал Евгении, нашу историю. Перечитывать мне было физически больно. В груди кололо, мышцы все напряглись, в паху зудело. Да, хорошие были дни.