Вышел на кухню в одних боксерах, стесняться мне нечего, я еще молодым фору дам. Зашёл и столкнулся с ней.
На Свете: ночная сорочка, одетая на голое тело, через которую хорошо видны были её возбужденные соски.
Неужели, у нее никого не было? И я последним был для совершенной, строптивой женщины, что так крепко схватила меня за яйца и не отпускала.
Она почувствовала опасность, отступала, хотя я видел, как она меня желала.
Не в этот раз! Подхватил её на руки посадил на кухонный стол. С больным урчанием покрывал поцелуями шею, губы, покусывал, посасывал.
Она сдалась, потеряла контроль, ещё бы! Столько лет мужика было.
– Виктор, нет! – крикнула она, когда я приспустил боксеры и нацелился на неё.
– Да, Светик. Да! – одним толчком вошёл в нее, и взвыл от наслаждения, крепко сжимая её попку, таранил своим поршнем, целовал, до боли сжимал её, хотел оставить на ней отметины, заклеймить, чтобы она смотрела в зеркало и помнила, кому принадлежит. Ее стоны окончательно сорвали мне крышу.
– Моя! Слышишь? Только моя!
Кухню наполнили наши порочные стоны, бьющиеся друг о друга тела.
Она застонала, сжимая мой член, выпил её крик поцелуем, ждал, когда она насладится, поймёт, что потеряла.
– Виктор… Это была ошибка, – едва пришла в себя и сразу начала брыкаться
Ее грудь вздымалась, она часто дышала, как после пробежки.
Два толчка и я догнал её, укусил за плечо, не мог сдержать нахлынувших чувств. Она пришла в себя, пыталась сбежать. Кто ей даст?
Я так и нес её к себе в комнату, продолжая терзать самые сладкие губы.
Она вернёт все наши потерянные ночи. Завтра она ходить не сможет. Ну, ничего, буду таскать её на руках. Будут так трахать, чтобы у неё не было ни сил, ни желания куда-то бежать.
Проснулась рано, мамы рядом не было. Стало страшно, вдруг отец выполнил угрозу, и что-то с ней сделал?
Лихорадочно бегала по комнате, собиралась, и когда уже хотела идти её искать, мама сама объявилась. В одной ночной рубашке, вся растрепанная и вид у неё был такой виноватый.
– Мам, всё хорошо?
– А, да, – она вернулась из каких-то своих переживаний. – Амелия, всё хорошо.
– Я тебя потеряла, ты где была? – мама прокашлялась.
– Водички… эээ.. ходила попить.
– Да? Какая-то ты странная, – подозрительно рассматриваю её, мама краснеет. – Тебя случайно отец не обижал? – мама хихикнула.
– Нет, Амелия. Тебе не стоит его бояться.
– Конечно, не стоит! Если помнишь, он шантажом заставил нас остаться.
– Ну и что? Методы у него такие, жёсткие. Я-то его лучше знаю. Он хороший, – мечтательно произнесла мама.
– Мама, ты что-то недоговариваешь.
– Зачем нам возвращаться домой? Что нас там ждет? Вдруг этот бета начнет приставать к тебе, или альфа. А тут отец не даст тебя в обиду.
– Ну да.
Если честно, то я жутко волнуюсь за Майкла, вчера целый день звонила Наташе, кухарке, но она трубку не брала.
Вышла на улицу, спряталась в беседке, продолжала набирать номер.
Наконец, трубку взяла Наташа.
– Привет. Как у вас дела? Как Вальтер?
– Да всё хорошо. Он только что вернулся. Кто-то напал на Майкла, но сейчас всё хорошо. Ты-то как? Встретилась с папой?
– Да. Майкл в порядке? – в трубке послышался голос Майкла. Живой! От сердца отлегло.
– С кем ты там разговариваешь? Это Амелия? – он ласково произносит моё имя, на душе потеплело. – Дай поговорю.
– Привет, – слышу его голос, от которого пульс зашкаливает.
– Привет.
– Ты как?
– Нормально. С отцом познакомилась, – не будем вдаваться в подробности кто он.
– Я хочу тебя увидеть, малыш.
– Это невозможно, Майкл. Я в другой стране.
– Можно, я тебе писать буду?
– Думаю, не стоит.
– Амелия, мне плохо без тебя. Я разгребу дела и приеду за тобой.
– Нет! Майкл, тебе нельзя сюда! – Виктор его прибьёт.
Ко мне шёл «папочка», довольный, как никогда.
– Всё пока. Я не могу сейчас разговаривать. – отключила трубку.
– Привет, дочь, – он поцеловал меня в щеку.
– Думаешь, у тебя есть право так меня называть? После того, что ты вчера устроил?
– Извини, вспылил. Сегодня вечером полнолуние. Самое то для крещения.
– А что хоть будет?
– Артём тебе расскажет. А где твоя мама?
– Спать легла. Она из-за тебя не выспалась, – он засмеялся. – Что смешного?
– Да так, ничего. Я тогда пойду.
Какие-то они подозрительные, таинственные. Ведут себя, как подростки. Неужели опять вместе? Хотела пойти и расспросить её, но ко мне вышел Артём.
– Привет, покатаемся?
– На чём?
– На снегоходе. Ты такие не видела.
– Нет, не видела, разве, что по телевизору. А как же твоя девушка?
– Она ещё на задании.
– Ну ладно, пошли.
Артём вывел из гаража снегоход. Я села сзади него, и мы на всей скорости погнали. Сзади нас вырастала снежная буря, крепче прижималась к нему, наслаждалась адреналином в моей крови.
Мы заехали на какую-то гору. Артём достал термос с горячим чаем, напоил меня.
– Ах! Красота! – упала в сугроб, наслаждаясь тем, как снег холодит разгоряченные щёки. Артём лёг рядом.
– Ну и как тебе снег? Нравится?
– Очень. Это единственно хорошее, что есть в России, с папочкой отношения не складываются.
– Тебе нужно найти общий язык с Виктором. Он мужик нормальный, если ты ему не возражаешь.
– Всё альфы такие невыносимые деспоты?
