— А я не хочу! — сказал он уже не шутовским тоном, а жестким и подавляющим. — Сказал же, что люблю тебя, что тебе еще надо? Я не буду смотреть на то, как ты гуляешь с другим, а потом выходишь за него замуж и рожаешь ему детей. Мне, знаешь ли, будет очень неприятно…. Давай так. Твой отпуск длится месяц. По бывшей дружбе дай мне хотя бы шанс в этот месяц. Попробуй посмотреть на меня не как на своего придурочного дружка. Вдруг я все-таки не такой уж безнадежный и сгожусь на новую роль… Если же все совсем плохо, я подпишу твое заявление об увольнении и исчезну из твоей жизни. Дружить я больше с тобой не хочу.
Отвернулась в сторону моря, чтобы не видеть его горящих глаз и не слышать умоляющего тона.
К такому ответу и натиску я была не готова.
На его не очень-то заманчивое предложение так ничего и не ответила. Он еще некоторое время гипнотизировал меня подавляющим взглядом, я же не поддалась: если бы не научилась сопротивляться таким взглядам, то недолго бы продержалась на посту финдира, а «Строймир» уже вляпался бы в какую-нибудь финансовую авантюру, которая: «Это верняк! Проект взлетит! Вот увидишь! Что ты мне свои циферки толкаешь? Что там? Не окупается? А ты правильно посчитала?» Вот и сейчас его затея была из той же оперы. Прибыли ноль, неловкости — на каждом шагу.
Решила пустить все на самотек и понадеяться на русский авось. Авось само рассосется как-нибудь. В конце концов, он уже здесь, снова сбегать глупо, мы же не дети — играть в догонялки, да и устала я от этой беготни и нервотрепки. Отдохнуть, как в прошлом, вместе тоже неплохо, просто потому, что мне с ним интереснее, чем с Мариной, и тем более комфортнее, чем с Мариной и ее мужем. Да и все мои знакомства с «горячими южными мужчинами» благополучно накрылись медным тазом: Пашка с таким странным настроем не отстанет. Проверено пятилетним одиночеством.
— Просто не мешай мне отдыхать, — поморщилась.
Славин согласно кивнул, видимо, расценив мой ответ как положительный, и снова принялся с воодушевлением опустошать тарелки. И как мне не воспринимать его «придурочным дружком», если он даже не пытается притворяться при мне мачо-мэном, как это делает при своих подружках? После такой пламенной речи и признаний якобы в любви сидит и уничтожает лепешки как ни в чем не бывало. Еще и довольно причмокивает губами.
— Черт. — Варенье капнуло на футболку, и он принялся его вытирать. Я прикрыла глаза, чтобы не видеть этого «мужчину мечты» с зажатой в зубах болтающейся лепешкой.
— Фто? — поинтересовался он, заметив мою реакцию.
— Что ты делаешь? Только размазываешь! Доедай и переоденься лучше.
Он согласно кивнул и продолжил орудовать ложкой.
— Прикольное вареньице. Это что?
Прикрыла глаза повторно, отворачиваясь от него в сторону, чтобы скрыть появившуюся улыбку.
— Финики. Они здесь на каждом шагу.
— Маме надо такое купить за посиделки с Кисой, — принял решение заботливый сынок.
Не представляю, как он собрался завоевывать мое женское внимание, а главное — когда. Определенно, не сразу после признаний.
За неторопливым завтраком, когда мы болтали ни о чем и впервые за очень долгое время никуда не спешили, наслаждаясь покоем и тишиной вокруг, провели без малого час. Просидели бы и дольше, но солнечные лучи, после прохлады номера казавшиеся нежными и ласковыми, через некоторое время начали доставлять неудобство, и мы снова вернулись в комнату с работающим кондиционером.
Я прошла в номер первой, а когда обернулась к Славину, увидела, что он через голову стягивает футболку.
— Ты что делаешь? — напугалась. Это он уже мое женское внимание заслуживает? Так скоро? А ужин в ресторане при свечах? А букет цветов и заверения в том, что я самая красивая, самая лучшая?
— В душ схожу, взбодрюсь, а то глаза закрываются на ходу, потом поедем.
Что? Какой душ? А как же женское внимание?
— Пашка! — разозлилась мгновенно. — Какой душ? Ты, вообще-то, себе тоже номер снял. Забыл?
— Помню, — обиженно ответил он, будто я его на улицу выставляла. Снова натянул свою грязную футболку, похлопал по карманам джинсов и нашел ключ-карту. — Пойдешь со мной номер смотреть?
— Нет. Чем он от моего отличается?
— Королевский люкс.
Удивленно подняла брови. Славин, как всегда, в своем духе: все по максимуму, даже не в самом крутом отеле умудрился снять самый крутой номер, хотя зачем он ему был нужен — непонятно.
Пошли смотреть королевский люкс вместе, потому что мне тоже стало интересно узнать, что в нем королевского. Я надела кеды, которые забыла дома и которые мама заботливо прислала, и вышла за ним следом из номера, повесив на плечо пляжную сумку с мелочовкой вроде телефона и солнцезащитных очков. Ощущение от этих деталей, что я на отдыхе, усилилось.
— Ха, я и забыл, что ты такая малявка, — усмехнулся Славин, увидев, как я захлопываю дверь. Посмотрела на него из-под полей шляпы угрюмо. Мне это засчитывать как первый комплимент? Ты дурак, Славин, если думаешь, что таким образом сможешь мне понравиться.
