''Ах, ты ж, блядь'' - мысленно рявкнула я. Не знаю, умеют ли кошки рычать, но я научилась. Как же мне захотелось расцарапать ее милое личико и стереть эту брезгливую маску. Кровью. Издав грозное ''Мяу!'' я бросилась на демоницу. Для меня этот импульсивный поступок обошелся вырванным клоком шерсти, зато какое удовольствие получила — расцарапала щеку противнице, покусала за нос, уши и руки, когда она попыталась меня отцепить от лица. Все развлечение испортил Падший, он схватил меня, отлепив от демоницы, и прижал к себе. ''Задушишь изверг!''
''Не бойся, мелких не обижаю. Сильно. А вот Марина, тебя поджарить может, '' - ответил Падший, чуть-чуть ослабив хватку. - ''Ты такая пушистая.''
''Отпусти.''
''Нет.''
''Я в туалет хочу,'' - главное почестнее и жалостней сделать глазки.
Демон, молча, повернул меня мордочкой в угол, где тут же появился кошачий туалет.
''Я туда не пойду,'' - возмутилась.
''Ангел, не упрямься, все кошки это делают.''
''Я не кошка.'' - мысленно топнула ногой.
''Поспорим?'' - ехидненько так.
''Ты подсматривать будешь.''
''Я отвернусь и закрою глаза.''
''Я тебе не верю. Ты подсмотришь. И эта твоя Марина.''
''Ангел, никто смотреть не будет. И что там интересного у кошек?''
''Я тебе не верю. Выйдите.''
Марину, лицо которой уже зажило (эх, как жаль), удалось уговорить выйти на пару минут, Ян, опустив меня на пол, исчез. Демоница не прикрыла за собой дверь, чем я и воспользовалась. Прошмыгнула в свой кабинетик. Но не успела я обрадоваться свободе, как меня схватили.
- Вот теперь ты нам не помешаешь, сука, - прошипела демоница, открыла дверь в уборную и швырнула меня туда. Больно.
''Вот тебе и свобода. Сиди теперь в туалете. И зачем я обманывала Яна. Ведь известно, что ложь это грех.''
Вскарабкавшись на умывальник, я убивала время, меланхолично нажимая дозатор на бутылочке с жидким мылом. На полу уже образовалась приличная лужица, а я продолжала играться. ''Эх, скучно. Дъявола позвать не могу, слишком маленькая — не услышит. Сидеть мне здесь до… а до чего?'' За дверью послышался какой-то шум. ''Ура, сейчас меня выпустят.''
- Куда она делась? — услышала я гневный голос Яна. ''Как-то выходить расхотелось. Мне и здесь не плохо.'' — Найду, надеру ее симпатичную попку, будет знать, как убегать. Ангел, ты где?
Открылась дверь, и мне выпала особая честь лицезреть рассерженного Дьявола, его глаза метали молнии, почти буквально. Он зашел внутрь и… поскользнулся на мыле. ''Это не я. Честное слово.''
- Какого хуя… - ''Фу, какие слова Ян знает.''
Падший поднялся (ага, где-то с шестой попытки), и критично осмотрел себя. А было на что посмотреть — он весь вымазался в мыле. ''Эх, будь я человеком, уже валялась бы под умывальником, от смеха. А так, в тельце котенка особо и не посмеешься.'' Но даже то веселье, что было, застряло в горле. Ян начал раздеваться. ''Фуф, что-то жарко стало в ''шубке'' котенка.'' Падший включил воду и стал под душ, не закрыв за собой дверь кабинки. Ох, о чем я только не думала. Все-таки хорошо, что я котенок, а-то залезла б к нему в душ и… ''Тпрр, куда поскакали, шальные?'' Пока я предавалась думам и фантазиям, Дьявол уже вышел из душа. ''Мог бы и полотенцем прикрыться. Хотя…'' Ян посмотрел на лужу оставшегося мыла, и она испарилась, а потом он перевел взгляд на умывальник, где стоял источник этого самого мыла. Легкое удивление на его лице сменила коварная улыбка. Я краем глаза посмотрела на свое отражение в зеркале — круглые глаза и блестят странно.
- Насмотрелась? Или мне стать получше, чтобы ты смогла детальней рассмотреть?
- Мяу, - и вовсе я не испугалась, просто слова забыла. Все. Я отвернулась, но все равно видела в зеркале Падшего, который и не думал одеваться. ''М-м-м, симпатяшка.''
- Ангел, пощупать меня не хочешь?
Я мысленно фыркнула, но бурное воображение уже нарисовало картинку. Я провожу рукой по широкой груди Яна, спускаюсь ниже, на кубики пресса, ощущая, как под горячей кожей перекатываются мышцы… Что-то противно заскрежетало, выводя меня из фантазии. До меня не сразу дошло, что это я когтями царапаю поверхность раковины.
— Люц! Вот ты где! О-о-о! — в дверь уборной влетела Марина, ее глаза полыхнули лукавым огоньком. Она быстро подошла к Яну (все еще не одевшемуся), и прижалась к нему всем телом, провела руками, оставляя на коже Падшего кровавые следы от ногтей, и, как пиявка, присосалась к его губам.
