Я не сразу заметила, что музыка стихла. Мы остановились как раз в центре. Все остальные танцевавшие пары разошлись, освобождая место фигурам в балахонах. Я испугано вцепилась в руку Яна. Он ведь говорил, что ничего не сделает.
''Ангел, не бойся'', - тихо, словно шепот, донесся голос Падшего.
''Что происходит?'' - я боролась с возрастающей паникой.
''Обряд''.
''Какой?'' - если бы говорила вслух, то получился бы жалостный писк.
''Ангел, просто делай то, что скажу. За это я исполню любое твое желание''.
''А ты меня не…'' - в голове сразу же нарисовалась картинка — Падший с ножом в руке.
''Нет. Твое сердечко протыкать не буду'', - и почему-то я поверила, всем сердцем, каждому слову и успокоилась. Вот так, сразу.
''А что будешь?''
''Ангел''.
''Говоришь, любое желание?''
''Да''.
''Отпусти меня домой''.
''Ангел!''
''Ладно-ладно. Я хочу найти Морта'', - с этим непонятным балом все же не стоит забывать про Олю и ее ''проблему''.
''Странное желание. - Ян стал за моей спиной. — Хорошо. Я его исполню. Позже''.
Фигуры в балахонах начали свое непонятное бормотание. Прислушавшись, я поняла, что это похоже на пение. Наверное, это жрецы. Ведь так называют тех, кто проводит разные обряды, ритуалы и подобное. Один из жрецов приблизился к нам.
- Certus es?* - спросил он, обращаясь к Падшему. (*лат. Вы уверены в этом?)
- Absque dubio, — произнес Ян. - Ad aeternum!* (*лат. Без сомнения. Навечно!)
''Повтори''.
''Что? Я ничего не понимаю''.
''Ангелочек, просто повтори. Ad aeternum''.
Я послушно повторила. Жрецы продолжили петь, а тот, что стоял перед нами, достал откуда-то нож. Я дернулась, но Дьявол удержал на месте, вытянул мою руку вперед и снял перчатку. От прикосновения кожа на его руке покраснела, словно при ожоге. Жрец полоснул лезвием ножа по моей ладони. Боли я не ощутила, только с ужасом смотрела, как из пореза начинает сочиться кровь. Перевернув мою ладонь, жрец подставил под нее чашу. ''А она откуда взялась?'' Потом он прошептал что-то и порез на моей руке исчез бесследно. То же самое жрец проделал с Падшим.
- Ajo!* — прокричали в один голос все жрецы. Чаша вспыхнула столбом огня. (*лат. Подтверждаю!)
Ян повернул меня лицом к себе, взял за руки, поцеловал их. А мне было так хорошо и радостно. Хотелось прыгать, кричать во весь голос. Я счастлива!
- Animae dimidium meae*, - произнес Дьявол, посмотрев прямо в глаза. Не отпуская моих рук, провел по залу и усадил в кресло рядом со своим. (*лат. Половина души моей)
''Кто-то что-то понял? Лично я — нет. Но мне так хорошо!''
А потом были танцы… И мы снова кружили… Ян танцевал только со мной, не обращая внимания на заигрывания демониц и отвергая каждую просьбу демонов пригласить меня. Только один раз он отпустил меня потанцевать, с Люцианом. Демон попытался расспросить о Насте. Я рассказала все, о своих безрезультатных поисках и о том, что видела Шрама. Демон кривовато улыбнулся и объяснил, что у человека состоялась небольшая встреча с их семейством, и они просто мило побеседовали. Я представила себе это ''мило'', после которого Шрам едва ноги переставляет. По окончанию танца Люциан поклонился мне, поцеловал руку и прошептал одно единственное слово: ''Поздравляю''. И почему у меня такое впечатление, что окружающие знают больше чем я? Намного больше. Как говорила всем небезызвестная Алиса: ''Все страньше и страньше''.
Бал закончился, все начали расходиться, перед этим вновь оказав почтение Повелителю. Когда последний демон ушел из зала, Падший перенес нас в свой кабинет. Усадил меня на диван, а сам исчез. Через десять минут Ян вернулся вместе с Мортом.
- Вот, я исполнил твое желание, - Дьявол подтолкнул Смерть к дивану, а сам сел за свой стол и внимательно просверлил нас взглядом.
- Поговорим у меня, - спокойным голосом сказала Морту и направилась к выходу, спиной ощущая взгляд Падшего.
- Ну, и зачем я тебе так срочно понадобился? - Морт сел на диван, посмотрел на меня и улыбнулся. — Ты хоть представляешь, как я перепугался. Сижу себе дома, спокойно попиваю вино, расслабляюсь, а тут во всей своей красе появляется Люцифер. С грозным рыком: ''Ты нужен Ангелочку!''(автор: бля, это так мило, пиздец), и еще несколькими не вполне приличными фразами, он тащит меня сюда. Так что, я жду объяснений.
— У Оли будет ребенок. Твой ребенок, - Смерть сразу же посерьезнел, улыбка исчезла с его лица. — Надеюсь, тебе не нужно напоминать кто такая Оля?
- Не нужно, - нахмурившись, Морт о чем-то задумался.
- Я не знаю как, но ты должен на ней жениться. Мне все равно, но у ребенка должна быть семья, и ты должен сделать все возможное, чтобы эта семья была счастливой…
- Я понял, — лицо Смерти не выражало никаких эмоций. Ни растеряности, ни безразличия, ничего…
-… Завтра вы встретитесь в кафе. Я это устрою. Ты должен изобразить вселенскую любовь и обожание…
- Хорошо.
-… И изображать нужно так, чтобы даже я поверила. И через месяц должна появиться новая счастливая ячейка общества.
- Хорошо! — уверенно и смотря мне в глаза, сказал Морт.
