— Эй! Я накрашена! С обеда не умывалась, все в порядке! — это уже была наглость. И вообще, кажется, разговаривать в подобном серьезно-сочувствующем тоне у сестер было настолько не принято, что Мейрен с непривычки перенапряглась и всеми силами пыталась снять это напряжение обычной потасовкой. — Сама ты мартышка!
— Ха! Даже на мартышку не тянешь, макака! — явно обрадовалась привычному тону сестра. — Да у тебя макияжа минимум! Камера, между прочим, искажает изображение, краситься надо по-другому! Ярче! Фактурнее! И лампу включать, чтобы на лицо светила. Я уже молчу про нормальную звуковую аппаратуру. У детсадовцев и то эфиры профессиональнее выглядят.
— Ну тебя на фиг. — Я устало потерла виски, потом сгребла ближайшую подушку в охапку и упала в нее лицом. А услышав сдавленное хихиканье сестрицы, выругалась вслух. Ну коне-ечно, кто бы сомневался, что схвачу я этого самого «Санти-бревнышко» и уткнусь мордой ровно в… кхм… рельефную заплатку.
Надо бы выкинуть, но это будет еще более стремно. И подушка точно не виновата…
Вейшенг
— Перестань дергаться так, будто кто-то здесь смертельно болен. — Я сел в машину, отвернулся к окну и надел наушники, решительно отрезая себя от заботливого бурчания Линьяо. Сколько можно, в самом деле!
— Не перестану. — Увы, заглушить гэ-гэ простыми наушниками не удалось. Он уже привычно вытащил у меня из уха гаджет, а когда я попытался отобрать его, напряг челюсть и нарисовал на своем лице вывеску, которую Кристи когда-то метко обозвала «Всех убью, один останусь». — Ты сам на себя не похож, как я могу не беспокоиться?
Оставалось только вздыхать. И не рыпаться, пока этот амбал, резко переквалифицировавшийся в наседку, что-то внушал сначала нашему водителю, потом телохранителям, потом и вовсе звонил куда-то по телефону. Кажется, отцу.
— Верни музыку. Она помогает поймать душевное равновесие. — Я привычно потер глабеллу, утихомиривая свою новую вечную спутницу — мигрень. Паршивая замена шизофрении, крайне паршивая.
— И позволяет уйти в себя, отстранившись от мира, — покачал головой брат.
— Мне там хорошо. — Раньше я никогда не опускался до подобных детских манипуляций, но Кристи что-то серьезно изменила в моем мироощущении. Теперь это позволяло мне без проблем строить в сторону гэ-гэ глаза умирающего кота. И Линьяо велся!
Получив свой наушник обратно, я все же великодушно предложил:
— Впрочем, вместо музыки можете вернуть меня на работу. Я давно не был в офисе, наверняка дел накопилось. — А еще можно полностью отключиться от чувств и пахать как проклятый, пока организм сам себя не вырубит.
— На работе и без нас разберутся, не зря отец собрал одну из лучших команд. Да и совет директоров штаны не просто так просиживает. Сначала полная реабилитация, — тут же строгим голосом отрезал гэ-гэ.
— Где, в спа? — невольно выпустил я накопившийся сарказм. — Среди этих вечно щебечущих бестий, любящих сплетни? Так вы меня быстрее добьете.
— Можно не щебечущих. — Брат как-то подозрительно хитро прищурился. — Можно ругающихся.
Я безразлично пожал плечами, но в тот момент, когда наушник почти вернулся на свое законное место, меня пронзила догадка. От которой я так вздрогнул, что чертов прорезиненный шарик выпал из пальцев и укатился куда-то под переднее сиденье.
— Нет!
— Да! — радостно-кровожадно ухмыльнулся Линьяо.
— Нет, я сказал! — Давно я не рычал на родственников, почти забыл, как это делается. Ключевое слово — «почти».
— Да брось, мелкий. Отец уже в курсе, что ты впервые за два месяца хоть на кого-то реагируешь. Даже сейчас, стоило тебе подумать об этой девице, глаза засверкали совсем как раньше. Ругаешься вон.
— Стукач, — злобно прошипел я, пытаясь вслепую нащупать гаджет на полу.
— Нет, — отмахнулся брат. — Я бы настучал, конечно, но не успел. Это телохранители постарались. Кстати, один из них с высшим образованием психолога. Но это так, к слову.
— То есть, по-вашему, я псих. — Аж глаз дернулся. Но если честно, я даже не обижался на семью. Сам бы себя давно в психушку отправил, ведь до сих пор не мог поверить, что Кристи была лишь частью моего бурного воображения. Слишком все было реально. И мое чудесное спасение… неужели из-за меня… она окончательно… навсегда…
— По-нашему, тебе жениться надо, — громко вздохнул гэ-гэ, перебивая мои мысли. — Как можно скорее. Чтобы отвлечься на что-то хорошее, светлое, теплое. Чувства, праздник, дети, в конце-то концов.
— То есть вы железно настроены меня добить. Не пистолетом, так женой с детьми, которые наверняка устроят мне те еще эмоциональные качели. Спасибо большое, — саркастично прошипел я.
— Не преувеличивай. Сам говорил, что мне невероятно повезло с Юлань. И есть ради кого жить. Тем более теперь, когда она беременна. Вот мы и стараемся создать подобное счастье для тебя.
— Во-первых, где Юлань, а где все эти жадные до денег гарпии. Во-вторых…
— А в-третьих, девушка-то на редкость хороша, еще и с характером. Неужели не разглядел?
