Рамзи одобрительно кивнул. Они вышли из леса на луг и какое‑то время шли молча. Мягкая земля проваливалась под их ногами, а легкий ветерок приносил аромат полевых цветов и запах влажной земли. Неожиданно Рамзи понял, что искренне наслаждается компанией маленькой болтушки.
– Мне кажется, тебе следует отправиться в школу. Ты должна стать настоящей леди.
Девочка скорчила гримасу.
– Я бы предпочла быть доктором, а не леди, – пробурчала она.
– Доктором, говоришь? Ты уже успела поговорить с Александрой? – Супруга его брата была в первую очередь доктором археологии, а уже потом – герцогиней. Во всяком случае, так ему казалось.
– Я хочу быть женским доктором, – доверительно сообщила Феба. – Тем, который заботится о женщинах, когда они рожают детей.
– Ты хочешь сказать, повитухой?
– Нет, – уверенно заявила Феба. – Именно доктором. Моя мама умерла, когда рожала меня. Повитуха не знала, что делать, а доктор, возможно, смог бы ее спасти.
– Да, понимаю… – протянул Рамзи, уже в который раз порадовавшись, что родился мужчиной.
Феба непрерывно болтала, и Рамзи тщетно пытался переварить всю информацию, которую она хотела ему передать. Девочка, в частности, говорила о Фрэнсисе Бэконе и Фанни де Бофор, которые не пошли с ними, потому что не хотели намокнуть.
Озеро было небольшим. Из него выступала каменная стена, которая много веков назад могла быть мостом, разрушенным армиями мародеров, побывавшими здесь, или боевыми действиями шотландских кланов. Хотя, возможно, всему виной было время.
Рамзи устроил Фебу по другую сторону каменной стены, где река просачивалась сквозь щель в дамбе тонким ручейком. Он в шутку пригрозил связать ее и завязать глаза, если она станет подглядывать, как он купается.
Рамзи вымылся в рекордно короткое время. При этом постоянно прислушивался, как девочка во весь голос распевала какую‑то песенку. К сожалению, у нее совершенно не было слуха.
Натянув штаны, Рамзи забрался на камни, заглянул за стену и увидел, что малышка перевязывала ленточкой букет полевых цветов.
– Это для мисс Тиг? – спросил он, подойдя к ней.
– Да. – Она с гордостью показала ему букет. – Думаю, ей должен подарить этот букет именно ты.
– Я?… – удивился Рамзи.
Феба кивнула.
– Да, конечно. Разве обворожительные мужчины не должны дарить прекрасным дамам цветы?
Рамзи в задумчивости почесал в затылке.
– Возможно, я не такой уж обворожительный, – пробормотал он.
Девочка опустила букет и уставилась на Рамзи, оценивая степень его обворожительности. Наконец проговорила:
– Ну, может быть, не такой, как некоторые мужчины, приходившие к мисс Генриетте и Дженни. Но мне кажется, что Сесилии ты все‑таки нравишься.
– Интересное замечание, – сухо заметил Рамзи.
– И ты спас ее, совсем как д’Артаньян… – мечтательно продолжила Феба. – И если она – правильная дама, то обязана влюбиться в тебя после этого. Бери же… – Феба протянула судье букет.
Но Рамзи колебался, поскольку Сесилия Тиг определенно не являлась «правильной» дамой.
Феба приподнялась на цыпочки и снова протянула ему букет.
– Я специально захватила фиолетовую ленточку – это любимый цвет Сесилии, – пояснила девочка.
– Я заметил, что она часто носит фиолетовые платья. – Рамзи наконец‑то взял цветы. В его огромной ручище букет как‑то потерялся.
– Фиолетовый цвет ей идет, правда? – Девочка рассмеялась. – Ей и другие цвета тоже идут. И знаешь, многие женщины плохо выглядят в очках, но только не Сесилия. Она в любом виде очень привлекательна.
– В любом виде очень привлекательна, – повторил Рамзи. – Ты решила поработать сводней?
Феба несколько минут молчала.
– А ты женишься на ней? – неожиданно спросила она, стараясь изобразить безразличие.
– А ты против? – полюбопытствовал Рамзи.
Девочка снова задумалась. Подойдя ближе к воде, она присела и принялась расшнуровывать свои ботиночки. Наконец сказала:
– А ты разрешишь мне учиться в университете, если Сесилия выйдет за тебя замуж?
Рамзи невольно улыбнулся.
– Если ты хочешь стать доктором, я не буду мешать.
Девочка кивнула, но ее определенно беспокоило что‑то еще.
– Но ты… ты поцелуешь ее?
– Я уже сделал это однажды, – признался Рамзи.
Девочка хихикнула и сняла ботиночки.
– Но тогда… – Она встала и отряхнула от песка юбку. – А вы будете делать детей?
Рамзи почувствовал, что ему хочется сквозь землю провалиться.
– Что ты знаешь о том, как делают детей? – спросил он и сразу же понял, что делать этого не следовало. Ему в страшном сне не могло присниться, что он когда‑нибудь станет обсуждать такую тему с семилетней девочкой, пусть даже выросшей в игорном доме.
Феба покраснела, и Рамзи пожалел, что не вставил себе в рот кляп.
– Я знаю, что мужчина и женщина делают детей, когда спят вместе, – сказала девочка.
– Спят? – Рамзи поморщился, остро сожалея, что не оставил малышку дома.
Она с серьезным видом кивнула.
– Да, так говорила Генриетта. Мужчина и женщина должны спать вместе, чтобы сделать ребенка.
– Только спят? – осторожно поинтересовался Рамзи. – Больше Генриетта ничего тебе не рассказывала? – Он почувствовал некоторое облегчение, но еще боялся поверить, что опасность миновала.
