Идти далеко не пришлось. Я приложила карточку к магнитному замку. Раздался щелчок и звуковой сигнал, оповещающий, что дверь открыта. Роман, аккуратно придержал меня за руку, прежде чем я вошла:
— Может всё-таки познакомимся нормально? А то мне как-то некомфортно приглашать в номер девушку, даже не зная её имени, — хохотнул он.
— А вы меня и не приглашали, — заметила я, — Официально — это моё место обитания на неделю, а вы у меня в гостях.
Но потом всё же добавила:
— Лера.
— Ну не будем препираться. Я — Рома, — примеряющее поднял руки вверх парень. И широко улыбнувшись, распахнул передо мной дверь.
— Да, я уже наслышана — прославленный писатель и всё такое…
Я вставила карточку, чтобы включить свет, и скинула свои светло-коричневые мартинсы.
Номер показался довольно уютным, и несмотря на обилие деревянной облицовки — довольно светлым. Взгляд упал на широкую двуспальную кровать и стоящий неподалеку кожаный узкий диван.
«Спать на нём, конечно, занятие не самое удобное» — подумала я.
— Ну насчет прославленного, вы меня явно с кем-то путаете, — усмехнулся Роман, стягивая куртку — Просто в Междуречье не так много людей, которые отправились в Москву и где-то сумели засветиться.
Я прошла дальше в номер и увидела небольшой электрический камин, который добавлял завершённости интерьеру. А каменная стойка сверху, на которой разместились причудливые фигурки, делала атмосферу вокруг какой-то невероятно домашней. Мне настолько это понравилось, что даже захотелось захлопать в ладоши от умиления. И обязательно всё красиво отфоткать, чтобы выложить в свой аккаунт в одной популярной социальной сети. Но вместо этого я закинула чемодан на кровать, следуя проверенному старому способу определения места ещё со времён детских лагерей — кинул вещи, значит, теперь моё.
— А вот это ещё нужно будет обсудить, — заметил моё движение Ковальчук. И тут я впервые услышала сердитые нотки в его голосе. Кажется, он оценил перспективу провести ночь на узком диване.
— Вы ещё предложите игру: «орёл я выиграл, решка ты проиграла» чтобы решить, кто здесь будет спать, — усмехнулась я, бросая дубленку поверх чемодана и воинственно скрестив руки на груди.
Роман подошёл к широкому окну и заглянул за занавеску. Пока мы препирались по поводу брони, на улице стало совсем темно. Но вид за окном в свете фонарей явно пришёлся ему по душе. На лице Романа промелькнула лёгкая улыбка, но повернувшись ко мне, он также воинственно скрестил руки на груди.
— Может, перейдём на «ты»? Так было бы удобнее продолжить словесный поединок.
— Давай перейдём, но тут нечего продолжать. Я девочка и всё такое, девочкам надо уступать, — приторно сладким голосом добавила я. Не припомню, когда я в последний раз так говорила. Или вставала в позицию «мы женщины — слабый пол». Но в присутствии этого писателя почему-то хотелось вести себя именно так.
— К твоему сведению, девочка, — на последнем слове он сделал ударение, а его в глазах запрыгали беснята. Всё происходящее Рому явно веселило, но сдавать позиции он не собирался. — На этом диване я просто не умещусь. Он даже не раскладывается.
— Здесь довольно толстый ковер, — парировала я, кивая в сторону мохнатой шкурки неизвестного мне зверя, расположившейся на полу рядом с диваном. — Можно спать на нём, на полу.
— Вот уж спасибо, с радостью уступлю тебе это замечательное место, — усмехнулся Роман, — Предлагаю компромисс: если ты вдруг задержишься тут на несколько дней, то одну ночь на кровати спишь ты, другую я. Право первой ночи, так и быть уступлю даме, — отвесил шутовской поклон мой новоиспеченный сосед.
Я посмотрела презрительным видом на диван. Может я и не такая высокая, как некоторые, но мои сто семьдесят сантиметров на нём тоже уместятся с трудом. Эх ладно, на сегодня перевес на моей стороне, а завтра можно и глазки построить или еще чего-нибудь вытворить (в пределах разумного, конечно!) чтобы продлить своё пребывание в мягкой и теплой постели. Кто знает, на сколько дней мне здесь придётся задержаться из-за этих чёртовых собачников. Но очень надеюсь, что Захаров сможет что-то найти и забрать меня отсюда в самое ближайшее время.
— Не знаю, чего ты там задумала, но мне уже страшно, — подошёл ко мне Роман. — Мне не нравится эта хитрющая дьявольская улыбка.
— Ничего я не задумала, — отвела я взгляд. — Ладно, по очереди, так по очереди.
«Этот чёртов писака читает меня, как раскрытую книгу», — недовольно заметила я.
Достав телефон из кармана куртки, я положила его на тумбочку рядом с кроватью. Костя продолжал названивать в режиме «вибро».
«Пускай помучается неизвестностью», — злобно решила я. Дьявольская улыбка на секунду вернулась на место, в дополнение к сердито сдвинутым бровям.
Рома бросил взгляд на экран моего телефона.
— Может, всё-таки ответишь? Мужик переживает, наверное.
— Раньше надо было переживать, — отрезала я.
