Раф широко раздвинул ноги Эммы. Она охнула, почувствовав себя беззащитной и полностью открытой перед ним, и попыталась сдвинуть бёдра.
Но Раф не позволил этого сделать, секунда, и его голова оказалась между её бедер. Стон вырвался из груди Эммы, она привстала на локти и теперь сама раздвинула ноги ещё шире.
Её руку сами потянулись к голове Рафа и обняли её. Никогда ей не приходилось чувствовать ничего подобного. Его язык властвовал внутри неё. То нежно, то грубо, то Раф полностью всасывал плоть Эммы, что они не могла сдержать: «Ещё, ещё! Да»
Её стоны становились всё громче.
В какой-то момент Раф поднял голову и, перекатившись на спину, увлёк за собой Эмму.
Теперь она лежала, крепко прижатая к его телу. Руки Рафа держали её за упругие ягодицы.
- Теперь твоя очередь. Только сними эту сорочку.
Эмма почувствовала себя сиреной-соблазнительницей. Стеснительности и неловкости как не бывало. Смотря прямо в глаза Рафу, она сексуально провела языком по своим губам и медленно стянула с себя сорочку.
Она крепко устроилась на бёдрах Рафа и положила ладони на свои груди, начала их нежно мять. Раф, крепко держа её за талию, смотрел на неё, в его взгляде плескалось еле сдерживаемое желание.
- Эмма, если ты сейчас не прекратишь, я за свои действия не отвечаю! – пробормотал он.
Улыбнувшись, Эмма наклонилась и взяла в свой ротик его сосок. Затем перешла к другому.
Нежно, лёгкими поцелуями стала спускаться вдоль живота.
Она на секунду заколебалась, когда оказалась у его основания. Посмотрела на Рафа и тот, утвердительно кивнул, подбадривая её.
Эмма язычком провела по всей длине, поражаясь, как она могла принять такое огромное достоинство. Немного робея, держа его руками, направила к себе в ротик.
С каждой секунды Эмма становилась всё смелее и смелее, её ритм то убыстрялся, то замедлялся.
- А теперь поднимись к моим губам! – приказал Раф.
Она снова оказалась на нём. Руки Рафа блуждали по её спине, наклонились, схватили за ягодицы.
И вновь Рафу понадобилось доли секунд, чтобы они поменялись положением тел. Уложив её на спину, Раф подмял Эмму под себя и одним сильным толчком полностью вошёл в неё. Эмма напряглась, но боли не было. В отличие от первого раза, она сегодня вся истекала соками.
- Моя! - проговорил Раф. Он не отрывал взгляд от Эммы при каждом толчке.
Удовольствие затопило Эмму. Её ноги плотно обвились вокруг бёдер Рафа, ногтями она впилась в его плечи, прижимая к себе! Сильнее! Сильнее! Да! Прошу тебя! Только не останавливайся!
Переполненная чувствами, Эмма закрыла глаза. С каждым ударом он входил глубже, словно желая пронзить Эмму насквозь.
С содроганием и стоном Раф кончил. Мощная смесь удовольствия прошлась по телу Эммы. Она глубоко дышала, измученная и возбуждённая.
Никогда она не чувствовала такой наполненности и принадлежности к человеку. Раф скатился с ней и лёг на спину, глядя в потолок. Стеснение вновь охватило Эмму.
Она хотела перебраться на другую сторону кровати, но Раф собственническим жестом придвинул её к себе.
Эмма боялась посмотреть ему в глаза. Кто знает, что она там прочтёт? Может, презрение. Или чувство триумфа. Лучше этого не знать. Она хотела бы увидеть толику нежности. Но уверенности в этом не было. Рисковать она не хотела, поэтому, молча, не глядя на Рафа, уткнулась в его плечо.
Раф крепко прижимал к себе хрупкое тело девушки, которая подарила ему сладостное наслаждение.
Казалось, молчание сохраняет ту хрупкую нежность, которая воцарилась между ними.
Окутанная теплом, уставшая, но счастливая, Эмма погрузилась в сон.
Утром она проснулась в кровати одна.
Спала она крепко и сладко, не слышала, когда Раф ушёл.
Эмма прислушалась к звукам. Вдруг он в ванной. Или на кухне, готовит завтрак?
В ванной комнате его не было. Эмма приняла души и спустилась на кухню.
Её сердце замерло, когда подходя к кухне, она услышала звон посуды. Вдруг, это он?
Разочарование затопило девушку. На кухне хозяйничала экономка. Они сдержанно кивнули друг другу в знак приветствия.
Эмма, как обычно по утрам, сделала кофе и уселась на стул, подогнув одну ногу под себя.
Стало ясно, что Рафа в квартире нет.
По виду экономки она определить не смогла, в курсе ли та, что вчера вечером Раф был здесь.
Спросить же напрямую Эмма посчитала ниже своего достоинства.
«Привыкай к статусу содержанки. Никто тебя уведомлять о времени прибытия и убытия не будет!» - подумала Эмма.
Стало скверно и мерзко на душе. Надежду лишь давали слова экономки, что больше трёх месяцев здесь девушки не задерживаются. А к ней, он может, потеряет интерес ещё раньше!
И она будет на это надеяться!
Следующие недели, прошедшие незаметно, Эмма называла не иначе, как «странные», очень «странные»!
Раф приходил к ней поздно вечером, заранее никогда не предупреждая о своём визите.
Он мог два вечера подряд явиться, а потом на три дня затеряться. Однажды не появлялся целую неделю.
Эмма не пыталась найти закономерности в его визитах. Какой в это смысл?
Её дни проходили в прежнем режиме. Она просыпалась, завтракала, бежала на работу. Дела архитектурного бюро шли весьма неплохо.
