Босс снова меняет настроение, становясь привычно сосредоточенным и слегка отстранённым. А я просто утопаю в своих сладких мечтах о сегодняшнем вечере. Хочу, чтобы хоть раз все проблемы и волнения отступили, и я просто наслаждалась жизнью.
Наслаждалась этим человеком.
И своими сумасшедшими, почти неконтролируемыми чувствами по отношению к нему.
Невероятно.
Слышала, конечно, что можно из дурнушки сделать красотку, если нарядить ее, как принцессу.
Но чтобы такое...
В зеркалах примерочной отражаюсь не я - там стоит девушка в изумрудном платье, и ее светло-рыжие волосы кажутся просто медными, такими яркими, что не оторвать глаз. Платье облегает фигуру, словно на фотографии для модного журнала, с любого ракурса сидит идеально...
У меня захватывает дух.
Неужели я, правда, такая красивая?
- Как вам идет! - цокает девушка-консультант.
И я знаю - она не лукавит, сама с восхищением рассматриваю себя.
- Словно для вас сшито, - она прижимает к себе плечики с платьями, которые понимаю, уже не пригодятся, я даже примерять их не стану, я просто не смогу снять с себя эту изумрудную красоту.
- Мне покажите, пожалуйста, - звучит позади консультанта хриплый голос босса.
И Дмитрий вырастает за ее спиной во весь свой могучий рост.
На краткий миг глазами встречаемся в зеркале, а после его оценивающий взгляд так бесстыдно, так жадно скользит по моей фигуре, словно я перед ним голая стою.
Щеки печет, в отражении вижу свое раскрасневшееся лицо.
Боже.
Что с мужчинами творят красивые платья!
Хочется сбежать из примерочной, от его взгляда сбежать, но я не успеваю.
- Хм, - говорит Дмитрий невнятно и ненавязчиво отодвигает за плечи консультанта. - Подождите снаружи, хотим убедиться, что на одежде нет брака.
- Это же новая коллекция, и у нас всегда все модели высшего...- что-то лепечет она, но Дмитрий не глядя отмахивается, словно от назойливой мухи, и вот мы уже остаемся в примерочной вдвоем.
- Черт возьми, - рычит он и в два шага оказывается рядом. Стискивает меня за талию и смотрит в глаза. - Если у них есть еще одно такое же - то это я сейчас на тебе порву.
Замерла перед ним. Он безумен, он никогда еще не смотрел так - словно, правда, готов зубами вцепиться в тонкую ткань и содрать, чтобы до моего тела добраться. От этого его взгляда голова кружится, и я не ведаю, что творю.
- Другого такого нет, - шепчу, привстав на носочки, чтобы быть ближе к нему.
Это так двусмысленно, будто я не о платье, а про него говорю, другого такого мужчины нет - я призналась. И ни разу, ни разу в жизни я не вела себя так порочно, я не умею, не знаю, как правильно, я просто чувствам отдаюсь и тянусь к его губам, прикусываю полную нижнюю...
Рыкнув, он сгребает меня в охапку и впечатывает в зеркало. Всем телом на меня наваливается, языком толкается мне в рот.
Горячо и мокро, и так сладко, я словно с земли поднимаюсь, лечу. Его ладони скользят по бедрам, сминая ткань платья, задирают его, пальцы оттягивают кромку трусиков...
В кармане его пиджака музыкой разрывается телефон.
- Твою ж мать, - сквозь зубы ругается босс, оторвавшись от меня. Он отступает и лезет за телефоном, выходит из примерочной. На ходу бросает: - Мы его берем.
В ушах вата.
Снова смотрю в зеркало.
Господи, в глазах темнеет.
Я так влюблена в этого мужчину, что совсем теряю себя.
Наши походы по магазинам как в тумане проходят, мы покупаем туфли, пальто, сумочку...
И опаздываем на его званый ужин. Потому, что он все делал так тщательно, так придирчиво, так хотел, чтобы понравилось мне. А я не знала, что выбрать, я привыкла носить джинсы и кофточки.
- Ты моя? - спрашивает босс, когда мы уже едем и кладет руку мне на колено.
- Да, - говорю, не задумываюсь.
И дальше мы на каждом светофоре целуемся, оторваться друг от друга не можем, и я не верю, что, вообще, у кого-то бывает такое счастье.
Нас ждут в большом частном доме.
Кованные ворота, огромный сад, парковка перед коттеджем, освещенная оранжевыми огнями.
Смотрю на окна от пола, такие же, как в квартире Мороза.
И боюсь выходить из машины.
- Смелее, Белова, - он открывает мне дверь и усмехается, а в привычных льдистых глазах чернота, такая глубокая, чувственная, и я этой тьме покоряюсь, за ним готова следовать в пропасть.
Он крепко держит меня за руку, когда заходим в дом, пересекаем холл, я боюсь, что споткнусь на этих дорогих каблуках и смотрю под ноги, и расплывается картинка - шведский стол, сверкающие люстры, мужчины в дорогих костюмах и женщины.
В ушах стоит гул - разговоры, смех, звон бокалов, слышу лишь, когда его зовут:
- Дмитрий Викторович, думали не приедете, - весело гаркает лысый мужчина в черном костюме, он широко улыбается, идет к нам.
Он похож на актера из блокбастеров, такой же уверенный, белозубый, неотразимый и, кажется, горы готов свернуть, когда размахивает руками.