Огромный пиджак нагретый и приятно пахнущий тем самым парфюмом опустился мне на плечи. Я подавила желание сбросить его с себя и приняла знак заботы от человека, который заставил меня пройти через кошмар.
Рафаил подхватил меня под руку и молча повёл на выход.
В машину тоже садились молча. Рафаил приехал с водителем, я подавила желание прислониться лбом к окошку и замерла кутаясь в тёплый пиджак словно замёрзла, хотя на самом деле я не ощущала ничего. Какое-то отупение, словно это всё уже через чур.
Босс покосился на меня какое-то время и тоже отвернулся к окну. Ну, на извинения я и не рассчитывала.
Мы приехали к моему дому, при том к адресу студии снятой буквально на днях. Значит за мной неустанно вели слежку. Хотя теперь я даже начала думать, что это хорошо. Пусть следят за мной, а то кроме полиции меня же могут и конкуренты шарахнуть. И я, как мы успели, выяснить не боец совершенно, если одна мысль что кто то заглянет мне под блузку вызывает паническую атаку…
— А сумочку мне вернут? — аккуратно складывая пиджак и готовясь покинуть вкусно пахнущий нагретый салон, спокойно уточняю я.
— Завтра. — отрывистый ответ и пристальный взгляд. — За дверь не беспокойся. Сегодня тебя посторожат.
Киваю чуть пожимая плечами, по ходу мне вскрыли дверь в студию и за мной будут следить, и открываю дверь машины, впуская по осеннему холодный влажный воздух.
— Всего доброго, Рафаил Александрович. — захлопываю дверь и он уезжает не прощаясь.
А я, наконец обхватив себя за плечи изо всех сил, плетусь домой, туда где я смогу смыть ужас и позор сегодняшнего дня. Позвонить своему близнецу и разделить с ним хотя бы часть вот этого всего. И пусть за мной наблюдают, изображать из себя Рембо я не нанималась. Я всего лишь бухгалтер в конце концов!
На следующий день, я проревев полночи в трубку порывающемуся примчаться на выручку брату, всё же собралась с силами и пришла на свою теперь уже официальную работу. Рафаил Александрович пришёл в обед, встал прислонившись к дверному косяку плечом и гипнотизировал взглядом, но я сохраняла спокойствие. И холодно поздоровавшись продолжила структурировать счета. Он хмыкнул и ушёл так и не сказав ни слова.
Я незаметно перевела дух и погрузилась в мир цифр.
Это привычно, здесь я в безопасности.
И когда через пару дней ко мне присоеденились еще несколько таких же как я неприметных человек, Алёна и Игорь, я совсем обрадовалась потому что с ними мы говорили на одном языке и обсуждать что-то или кого-то ещё не тянуло совсем. Мы просто вместе взялись за формирование порядка в этом бедламе.
И как выяснилось позже, раньше у ребят был другой главный бухгалтер, но его сняли пол года назад, а нового не назначили. И хотя меня при мне официально никто не назначал, но я как-то само собой разумеещимся образом стала главной в нашем трио. А потом и в остальных филиалах.
Я вообще не скоро привыкла к методам Рафаила Александровича. Не скоро привыкла к его проверкам. А он кажется и не пытался привыкнуть ко мне.
Наверное спустя года полтора я поняла, что он меня почти не замечает, словно я предмет интерьера или вроде того. Сколько раз я заставала его в самых разных позах с самыми разными женщинами. Господи, я даже не знала, что у людей может быть такой бешенный темперамент. Он же работает на износ, всё время мотается по командировкам, откуда вообще силы на всю эту возню?
Но факт на лицо, пока я не нужна, пока всё работает как часы, я сижу в своём подвальчике или езжу по точкам, где у нас лежит документация. И даже если прохожу мимо по коридору он вполне может не заметить меня и даже не поздороваться. И я точно знаю это не намеренно, не специально чтобы уязвить меня или ещё что-то в таком духе.
Потому что на наших собраниях раз в две недели, я уже традиционно прихожу задобрить его кофе и круасанами, которые пекут в булочной возле моего подъезда. Признаться честно, они пекут их ровно к семи утра по вторникам для меня. Как-то я совершенно случайно захватила пару круассанов на обед себе, а меня вызвали срочно к боссу. Он в тот день злющий был, я так поняла тогдашняя его пассия главный администратор в клубе «Элита» где мы в основном и базировались, его бросила и усвистала с каким-то молоденьким бизнесменом кутить на острова. Этот кидок босс перенёс плохо. То ли самолюбие задели, то ли администратора жалко, то ли несварение схватил. А может всё разом.
В общем, настроение у него было жуть, даже заботливо доставленный мной кофе не помог. И когда заметила его непроизвольное принюхивание, молча выложила на стол бумажный пакетик с ароматной выпечкой.
Цербер поел и успокоился, и я смогла нормально отчитаться. Без рычания и едких реплик, не доводящих до слёз только потому что я на успокоительных.
В общем убедить милых пекарей готовить мне к семи что-то эдакое оказалось гораздо проще чем я думала. Похоже зависит от мотивации — терпеть нападки злобного шефа или уболтать милейших трудяг, что без их выпечки, которую я готова оплачивать вдвойне, мне вилы. Второе явно проще.