С момента встречи с Ринатом и близости с ним прошло больше месяца, а менструация так и не началась.
Это может означать лишь одно…
— Я была беременна?
— У тебя случился выкидыш, — подтверждает мои слова Вадим.
Больше он ничего не добавляет. Ни одного слова сожаления. Зато воздух в палате начинает искрить от его недовольства.
Отчим подкатывает стул к кровати и садится, забирая мою руку в свои ладони. Он зажимает запястье бережно, подушечка большого пальца поглаживает кожу там, где бьётся пульс.
— От кого ты была беременна, Варя? От бывшего босса? — спрашивает тихо, но напористо.
— Нет! У меня с Андреем не было ничего.
— Тогда кто?
Пульс ускоряется. Я знаю, что нельзя лгать Вадиму, и знаю, как сильно он ненавидел Рината и был против наших отношений.
— Кто, Варя? Кажется, мы оба знаем, кто это был. Но я хочу слышать это от тебя. Будь со мной честна, и я смогу устроить твою жизнь к лучшему. Смогу защитить…
— Ринат. Он появился и снова пропал. Хочет докопаться до тех, кто его подставил, — выдыхаю едва слышно.
По коже снова пробегают острые пики мурашек, когда я вспоминаю разбомбленную квартиру и надписи на стенах: «Передавай привет Ринату, сучка!»
Это его дружки из прошлого.
— Я знаю, что тебе страшно, девочка моя. Тебя не оставят в покое. Поверь… Только если ты не будешь под защитой. Брось Рината. Пусть сам разбирается с проблемами. Он тянет тебя на дно. Он погубит тебя. Помнишь же, что с тобой обещали сделать в прошлом? Помнишь?
Киваю со слезами, и даже лёгкое движение головы вызывает сильнейшую боль и комната начинает раскачиваться. Я вижу, как она крутится, предметы теряют очертания. Всё размывается в тумане и есть только две точки, остающиеся без движения — глаза Вадима напротив.
— Ты же не хочешь оставаться одна? Ты хочешь видеться с Ваней?
— Ваня?
Снова на больное место.
Мой сын.
— Да, Ваня. Твой сын был рад тебе, заметила? — спрашивает небрежно Вадим.
Отчим наклоняется, поправляя подо мной подушки. Наклоняется близко-близко, я улавливаю пряный аромат парфюма, знойный и тяжёлый, как раз для взрослого мужчины.
Вадиму уже сорок семь, и его возраст хорошо заметен на близком расстоянии.
— Отдохни, Варя.
Вадим целует меня в лоб и в щёку, задерживая губы. Его дыхание становится рваным, и когда он отстраняется, я вижу, что его глаза блестят больше, чем прежде.
— Тебе не нужно думать о плохом. Просто реши, что для тебя будет лучше и безопаснее всего.
— Хорошо…
Вадим движется к двери.
— Ты уже уходишь?
— Скоро вернусь, я лишь хотел поговорить с твоим лечащим врачом.
— Я не стану писать заявление на Олю. Она просто ревнует и считает, что я хочу увести у неё мужа.
— Поверь, я уже решил эту проблему.
— Как?
— Я развёлся. Оля отправилась обратно в ту колхозную дыру, откуда я её вытащил, — Вадим жёстко усмехается губами.
— Развёлся?!
Моему удивлению нет предела.
Слова Оли закручиваются в голове: о том, что Вадим бредит мной, что даже её, Олю, выбрал лишь из-за внешнего сходства со мной…
Я всегда замечала, что мы с ней похожи.
Но не задумывалась о такой причине. Тут же приказываю себе не врать.
Иногда я чувствовала, что Вадим относится ко мне не как к падчерице, но ближе и глубже.
Слишком сильно Вадим был зол на Рината, слишком остро отреагировал на мои взрослые, серьёзные отношения с другим мужчиной…
— Ты всё понимаешь, девочка моя. Неужели за эти годы не поняла, что я испытываю к тебе влечение? Долгое время я считал, что это лишь блажь и временная прихоть, которая пройдёт. Тем более, когда ты выбрала себе мужчину. Но не проходит. Я до сих пор хочу тебя, девочка…
Вадим стоит, опершись ладонями по обе стороны моего тела, говорит почти в самые губы:
— Я развёлся с Олей, потому что не хочу больше видеть этот суррогат тебя рядом с собой. Я понял, что мы можем быть семьёй — Я, Ты и Ваня. Втроём. Ты же хочешь быть его мамой? Хочешь, я знаю.
— Ты давишь на больной мозоль!
— Всего лишь говорю, как есть. С Олей я развёлся. Ваня остаётся при мне. У тебя есть возможность видеться с ним так часто, как только пожелаешь. Но при одном условии… Тебе придётся отправиться с нами.
— Куда? Ты, что, переезжаешь?
— Я же говорил о расширении в столице? Контракт подписан, начинается масштабная стройка, намечается ещё несколько крупных проектов. Мне нужно быть там, в центре событий, на гребне волны… Я принял решение переехать. В скором времени. Разумеется, я переезжаю вместе с Ваней. Ты хочешь быть мамой Вани, и я могу дать тебе это. Могу дать всё. Только нужно принять моё предложение.
— Какое?
— Стань моей женой.
Меня словно бьют по голове. Такой шок!
Смотрю на лицо Вадима. Не шутит ли?
Не шутит. Предельно серьёзен. Глаза горят.
Кажется, я всегда опасалась в нём именно этого — запретных чувств ко мне.
— Подумай. У тебя есть время.
— Сколько?
— Две недели, — отвечает без промедления. — По предварительной оценке врачей, до конца этой недели тебе придётся остаться в больнице, потом тебя выпишут. И ещё через неделю мы с Ваней переезжаем. У тебя будет достаточно времени, чтобы решить — хочешь ли ты семью или нет. Но учти… если откажешься, я не позволю тебе видеться с сыном. Никогда.
Выходит.
