Я осталась одна на улице с младенцем на руках по воле своего мужа. Боролась за выживание как могла, пока спустя годы снова не встретила его. Теперь он вынуждает меня согласиться на унизительное предложение ради дочери, которую до сих пор считает неродной.
Я сижу в кресле и поглаживаю свой уже округлившийся животик пятого месяца беременности, когда дверь нашего дома открывают чужим ключом. На улице скоро потемнеет, но я точно не жду гостей. Муж должен вернуться лишь через пару часов.
В сердце что-то колет, предвещая беду. Быстро поднимаюсь и иду к входной двери, замирая от увиденного. Двое охранников мужа беспардонно открывают шкафы и собирают мои вещи в сумку, не проронив при этом ни единого слова.
– Что вы делаете? Что тут происходит?
– Марат просил передать это. И Даша, давай быстрее, с вещами на выход. У тебя пять минут.
Охранник бросает на стол белый конверт, который я тут же поднимаю дрожащими руками. Если это какая-то шутка, то вот вообще не смешная.
Открываю конверт, и из него тут же высыпается ворох фотографий. Всматриваюсь в каждую, и невольно прикрываю рот рукой…Нет, что это? На каждом фото изображена я, а рядом со мной мужчина, и это точно не мой муж.
Под фотографиями лежит какой-то документ. Не сразу понимаю что это вообще такое. Кажется, результаты анализов мужа. Перечитываю снова и снова заключение врача. Бесплоден. Не может иметь детей. Нервно усмехаюсь. Такого просто не может быть, ведь я ношу ребенка Марата. Господи, кто это сделал, зачем…
Непонимающе смотрю на охранников, но те лишь продолжают бесцеремонно сваливать мои вещи в сумку, разводя в доме настоящий бардак.
– Остановитесь! Кто вам приказал это все творить?!
– Приказ господина Батурова. Собирайтесь, у нас времени нет.
– Что вы себе позволяете? Не трогайте тут ничего! Это какая-то ошибка!
Бегу в спальню и хватаю телефон. Быстро набираю мужу и невольно всхлипываю в ожидании его ответа. Секунды кажутся вечностью, к горлу подкатывает тошнота. Абонент вне зоны действия.
Он отключил телефон. Выключил его первые за весь год нашей супружеской жизни, и не отвечает мне…Ничего не понимаю. Этого просто не может быть. Все еще не верю в то, что происходит. Похожу на какой-то страшный сон, который мог произойти с кем угодно, но только не со мной.
В животе что-то необычно колет. Малыш впервые толкнулся. Прикладываю руку к животу, роняя слезы. Не могу поверить в то, что мой муж, с которым мы прожили вот уже год и один месяц, просто взял и выгнал меня из дома.
Меня усаживают в машину, закидывая единственную сумку с моими пожитками в багажник. На дворе уже глухая ночь, и от страха у меня стучат зубы. Невольно обнимаю свой живот, стараясь защитить малыша от всего на свете. Я еще не знаю кто у нас будет, мальчик или девочка. Хотела сделать сюрприз мужу на следующей неделе, когда записывалась на УЗИ.
Нервно сжимаю пальцы. Это не может быть правдой. Марат бы не поступил так ни за что со мной. Я же помню как он радовался беременности, как к доктору возил меня, живот целовал. Не верю, что все это правда. Только не он.
Двое охранников, которые еще до недавнего времени даже в глаза мне не смотрели, себя ведут себя предельно развязно и спокойно. В какой-то момент я понимаю, что даже не представляю, куда они везут меня.
– Куда вы едете?
– Отвезем куда скажешь. Можем до вокзала подкинуть или до борделя ближайшего.
В машине раздается отвратительный мужской гогот и я лишь опускаю голову в плечи. Они точно не шутят.
В голове крутиться тысяча мыслей. Сразу после университета я вышла замуж, и у меня лишь один дом, из которого меня выгнали. Куда мне идти, кто меня примет…Бабушка. Единственный оставшийся мне родной человек. Она живет в старенькой однокомнатной квартире на окраине города.
– Березовая, 10. Туда везите.
– Как скажешь, мадам.
Доезжаем довольно быстро. Всю дорогу я непрестанно набираю мужу, но его телефон так и не был включен. Меня высаживают прямо у подъезда, небрежно бросив сумку с вещами под ноги.
Оглядываясь по сторонам. Ни души рядом. Ежусь от холода. На дворе декабрь. В карманах пусто. Кроме телефона мне не дали взять никаких денег, да и не было их у меня. После того как узнала, что жду ребенка, практически сразу перестала работать. Муж полностью меня обеспечивал.
На глазах выступают слезы, которые практически сразу замерзают на сильном морозе. Я остаюсь совсем одна среди ночи беременная и даже не представляю, что теперь ждет меня впереди.
Не знаю сколько времени стою на этом холоде, но прихожу в себя лишь тогда, когда в животе снова чувствую отчетливый толчок.
– Прости малыш, уже иду.
Поднимаю сумку и бреду к квартире бабушки. Она живет на четвертом этаже пятиэтажки, поэтому даже со своим еще пока не очень большим животиком добираться мне к ней не просто.
– Дашенька, Господи, что случилось?
Бабушка скрещивает руки на груди как только видит меня, но сил ей объяснять хоть что-то сейчас просто нет. Она очень пожилая у меня, болеет, но роднее нее у меня никого нет. Мне не к кому больше пойти. Я молча прохожу в квартиру, затаскиваю с собой эту проклятую сумку.
– Бабулечка, можно я у тебя сегодня переночую?
– Конечно детка. Даш, что произошло-то, с мужем поссорились?
– Сама не знаю ба, давай завтра поговорим.
– Ступай. Я постелю тебе.
