— Ребенок не… — начал было я, но оборвал себя на полуслове. Почему я все время должен оправдываться? И тут же, припомнив информацию, полученную от Дины, добавил: — Три пятьсот и пятьдесят два. Сейчас, наверное, чуть больше. Ест он очень хорошо…
Осекся. О чем это я? Что-то я стал слишком разговорчив. Но, кажется, карапуз действительно заметно подрос за недолгое время. Если так пойдет дальше, будет баскетболистом. Всегда мечтал заняться этим видом спорта…
— У вас красивая улыбка, — прервала мои размышления девушка. — И не скажешь, что такой серьезный бизнесмен может так нежно улыбаться. Отцовство меняет людей.
Я мрачно глянул в ее сторону, и консультанта будто подменили. Улыбка пропала, девушка вытянулась в струнку и скороговоркой выдала информацию об ассортименте товара:
— Для младенцев автокресла представлены здесь. Я вкратце расскажу о преимуществах, и вы выберите…
— Давайте любое, — нетерпеливо оборвал я. — Мне некогда выбирать.
— Но…
— Самое надежное, — решил я и, подумав, добавил: — Лучше японского производителя. Буду признателен, если установите его сразу же в мой автомобиль.
Через пятнадцать минут я уже подъезжал к дому и, попрощавшись с семейным доктором, отключил связь. Отлично, Дмитрий Деомарович будет ждать нас в порекомендованной Виктором клинике. Все должно пройти быстро и легко.
Поднявшись, я открыл дверь своим ключом и приказал выскочившей навстречу Зинаиде:
— Одевайтесь. И соберите ребенка. Мы уезжаем. Где Ася?
— Но… — заметно расстроилась женщина. —…А как же ужин?
— Перекусим по дороге, — отрезал я и прошел к спальне переводчицы. — Ася! Нам нужно сро…
И застыл на пороге ее спальни. Пальцы сжали ручку двери так, что та, жалобно хрустнув, осталась у меня в ладони, но мне было не до этого.
Ася, обнаженная и прекрасная, стояла посреди комнаты и смотрела на меня огромными от изумления глазами. Они такие золотисто-шоколадные, как «Кока-Кола» в детстве. Я любил смотреть сквозь стакан на солнце и любоваться танцем сверкающих пузырьков.
Взгляд медленно заскользил по мокрым волосам Аси, по ее алебастровым плечам и изящным рукам. Полная грудь, к сожалению, скрыта полотенцем, которое женщина судорожно прижимала к себе, зато длинными стройными ногами я мог любоваться сколько хотел.
Член тут же окаменел, по венам, казалось, заструился жидкий огонь, в голове будто набат забил — так стучало мое сердце. Выжигающее меня изнутри желание причиняло нестерпимую боль, и намерение придушить Елену росло с каждой секундой. Ни черта ее лекарство не действует! Надо посетить другого врача, чтобы исцелил меня от непостижимой, нестерпимой, ненормальной тяги к этой женщине.
При воспоминании о враче я вздрогнул и запоздало отвернулся, с языка сорвалось:
— Не стыдно вам встречать босса в таком виде, Ася? Не пытайтесь меня соблазнить, вы совершенно не в моем вкусе. К тому же мы спешим, вашего сына нужно срочно показать доктору… Э-э… Провести плановое обследование, как сказал Дмитрий Деомарович. Выезжаем через десять минут, я жду в машине.
Я сбежал от словно онемевшей Аси с такой скоростью, будто за мной гналась Валя с секатором. Чувствовал: задержись я еще на секунду-две, и бросился бы на переводчицу, сорвал с нее полотенце, приник жадными губами к дерзко торчащему соску и вошел бы в нее одним рывком на всю длину каменного от желания члена.
Твою мать, что делать со стояком? Задолбало! Почему на Валю так не встает? Надоела? Пресытился? Или же?.. Тряхнул головой, выбрасывая подступающие тревоги. Нет, я не мог влюбиться в чужую женщину. Да и с чего? Мы давно знакомы, я Асю едва замечал. Это просто какой-то сбой в организме. Все пройдет, как подпишем договор с японцами.
Проигнорировав Зину, которая пыталась усадить меня за украшенный свечами стол, я растерянно осмотрел многообразие тарелок. Но, тут же отмахнувшись, спустился к машине. Какая, к дьяволу, еда, когда хочется секса?
Перебирая пальцами по рулю в ожидании женщин с ребенком, я позвонил Виктору:
— Все устроил? Будем через полчаса. Уточнил, когда будет готов результат? Неделя?! Ты охренел? Нет, мне нужно сразу. Да насрать! Я должен сунуть Вале этот документ в… руки.
Загоревшись целью доказать жене, как сильно она не права, я не мог остановиться. Будто сошедший с тормозов поезд, шел напролом. Некогда ждать, невозможно терпеть весь этот ад. Я сейчас должен думать о сделке, а не доказывать, что не индюк! Пусть получит свое подтверждение и не мешает мне работать.
— Максимум, что могу сделать, это сократить до суток, — отозвался Виктор. — Но это влетит тебе в копеечку.
— Сутки, так и быть, как-нибудь потерплю, — рыкнул я и посмотрел на приближающихся женщин. Зина аккуратно несла запеленатого ребенка, а Ася, не глядя на меня, обнимала себя руками. — Вернусь сегодня в офис. Выезжаем.
И, дождавшись, когда все расселись и пристегнулись, я втопил ногой педаль газа в пол. Гнал, но не рисковал, не позволяя себе ни единого взгляда в зеркало заднего вида. Стояк только-только спал, не стоит снова поддаваться этой странной магии.
Я даже в клинику зашел лишь затем, чтобы пожать руку врачу.
