— А какие у вас отношения с полицией, сэр? — спросил Геннадий.
Буги захохотал и обнял его за плечи.
— Толковый ты паренёк, Джинни! Вопрос в самую точку. Видишь ли, местный констебль человек покладистый. Он отлично понимает, что несчастным шизофреникам и истерикам необходимо для лечения какое-нибудь увлекательное дело, хороший спорт. Хочешь познакомиться с инвентарём нашей клиники?
Он ввёл Геннадия в низкий сарайчик, зажёг свет, и Геннадий увидел целый арсенал: десяток автоматов в гнёздах вдоль стены, два гранатомёта, пулемёт, ящики с патронами, какая-то радиоаппаратура, гирлянда наручников…
— Всё самое современное, из Мьетвиня, прямо из пекла, по знакомству, — горделиво сказал Буги. — Винтовки «ЭМ-14», гранаты…
На пороге сарайчика вырос рыжеволосый субъект в униформе.
— Босс, вас вызывают на связь! — возбуждённо заорал он.
— Сама? — испуганно спросил Буги.
— Кажется, да…
От спокойной величавости императорского потомка не осталось и следа. Он быстро юркнул в дверь и исчез.
В течение четверти часа Геннадий в полном одиночестве усиленно знакомился с оружием. Прервал это занятие приятный, мягкий голос.
— Будьте любезны, поставьте на место мой автомат.
Геннадий резко обернулся. В дверях стоял высокий человек довольно странного вида. Волнистые, до плеч, волосы, тонкие усики и острая бородка делали его похожим на мушкетёра, но полосатая майка и вельветовые джинсы с широким поясом сообщали вполне современный вид.
— Прошу прощения, сэр, я просто хотел посмотреть, — сказал Геннадий и представился: — Джин Стрейтфонд.
— Моё имя Джон Грей, — поклонился длинноволосый. — Как вы попали сюда?
— Меня привёл… — начал было Геннадий, но в это время в сарай ввалилось десять других наёмников во главе с гориллой лет сорока пяти.
Все они орали по-русски: «Стой, стрелять буду! Ложись на палубу!» — и дико хохотали. Геннадий понял, что эта группа явилась с занятий по русскому языку.
— Хватит гоготать! Разобрать оружие! — заорал горилла. — Сейчас на ночные стрельбы попрёмся! Эй, что тут за щенок болтается? Иди-ка сюда, малый.
— Повежливей, мистер Горилла! — крикнул ему в ответ Геннадий.
Наёмники грохнули:
— Ай да мальчонка! Верно он Пабста окрестил Гориллой! Горилла — она и есть горилла! Чистая горилла!
Горилла Пабст ринулся на Геннадия, пытался схватить его за шиворот, но мальчик увернулся и сильно ударил Пабста ногой в зад. Пабст взревел и выхватил из гнезда свой автомат.
— Хотите меня застрелить, Горилла? — вежливо спросил Геннадий.
— Попался бы ты мне в Буронго, щенок!.. — прорычал Пабст.
— А вы вообразите, что вы в Буронго, сэр. Уверяю, что не попадёте в меня, даже с десятка метров.
На этот раз наёмники засмеялись уже над мальчиком.
— Да-да, джентльмены, — серьёзно сказал Геннадий. — Никто из вас не попадёт в меня с десятка метров при стрельбе одиночными выстрелами.
— Это почему же, бой? — крикнул кто-то.
— Я умею увёртываться от пуль, — сказал Геннадий, снял с одного из наёмников огромную шляпу, так называемый «шестигалонный стетсон», водрузил её себе на голову и отошёл в глубину сарая. — Попробуйте хотя бы сбить с меня эту шляпу, джентльмены.
— Мальчишка издевается над нами! — загудели наёмники. Один из них положил руку на плечо Джону Грею.
— Ну-ка, Силач-Повеса, покажи ему свою руку.
— Я не Вильгельм Телль, — сказал Джон Грей и присел со своим автоматом в угол.
— Если бы он был черномазым, я бы рискнул, — буркнул другой наёмник.
— Трусы! — резко крикнул Геннадий.
Сразу же в ответ хлопнул выстрел. Геннадий махнул головой — шляпа осталась на месте. Ещё один выстрел. Геннадий крутанулся волчком — шляпа осталась на голове. Ещё выстрел — та же картина!
— Да вы что, стрелять разучились, ублюдки? — взревел Пабст.
В наступившей тишине Джон Грей вежливо спросил Геннадия:
— Как вам это удаётся?
— Воля к жизни, — бойко ответил мальчик.
— А-а, понимаю, понимаю, — покивал Джон Грей. — Воля к жизни.
— Воля к жизни и свободе, — добавил Геннадий.
— И к свободе, — задумчиво проговорил Джон Грей. — Неплохо сказано — воля к жизни и свободе…
— Хватит болтать! Лови-ка пулю! — гаркнул Пабст, поднял автомат одной рукой и выстрелил.
Геннадий отскочил в сторону и подул в ладошки.
— Поймал, сэр! Вот она, горяченькая!
Наступило молчание. Дюжие наёмники, раскрыв рты, смотрели на удивительного мальчика. Пабст, выпучив глаза, вытирал пот со лба. Геннадий снял целёхонькую шляпу и отвесил присутствующим шутовской церемонный поклон.
— Вот это малый! Такого бы в нашу команду! — сказал кто-то.
— Ей-ей, малыш! Тебе бы нашлось местечко в моём «джипе», — буркнул Пабст.
— Джентльмены, я мечтал бы работать вместе с вами, — проговорил Геннадий.
Джон Грей встал, обнял мальчика за плечи и отвёл его в сторону.
— В мой автомат вы не успели вставить холостую обойму, — тихо сказал он.
— Да, сэр, ваш был последний, я не успел, — признался Геннадий.
— И всё-таки вы рискнули затеять эту игру?
— Да, рискнул.
— А если бы выстрелил я?
— Вы бы не выстрелили, сэр.
— Вы уверены?
