Выпить-то когда успел?..
Ты сивуху исторгаешь –
Воздух гибнет — во сто крат –
Отстраняюсь… обнимаешь!
Разве это — аромат!
Да и речи — не такие:
Всё подначить норовишь;
Руки вольные какие!..
О греховном говоришь…
Я сношу всё терпеливо,
Но, когда-то, сам поймёшь
И представишь: ясно, живо,-
Что не так себя ведёшь!..
Ох, явись, явись, желанный!
Я не буду возникать!
Мне, ты, видно, богом данный! –
Всё стерплю!.. не буду гнать!..»
— 3 –
Где пропал — не кажешь глазу?..
Хоть бы мимо прошагал!..
На какую пал заразу,
Плоти чьей, варнак, взалкал?!
Он, назло мне, духарится…
Знает: люди донесут;
Может и вином упиться,
Мой залётка-баламут…
Нас: парой, многие, считают…
Да, почитай, деревня вся –
Четыре года — обсуждают:
Добром, а то и…глаз кося.
Чего вцепилась в прохиндея,
Чем улестил и приманил?..
Порой, от счастия немея,
В объятиях, лишалась сил.
По юности: им, загоралась;
Душа к нему стремилася;
Завидя — от смущенья рделась
И…сердце колотилося…
Служить ушёл — аж голосила,
Обняв, твердила, что дождусь…
Ждала. Солдаткою» ходила…
И дождалась!.. И тем горжусь!
Словно заклинило: жениться,
Намёка нет, второй годок!..
К женитьбе надобно стремиться:
Недолог «в девках» должен срок.
Уж двадцать два!.. Откуда взяться
Другому!.. Тут же — глухомань!..
Другого, точно, не дождаться:
Парней-то нет — куда ни глянь.
Друзья его?.. к ним нет порыва…
А может с Генкой закадрить?..
А, что?.. бываю же игрива –
Смогу и голову вскружить!..
Очнётся может, встрепенётся
И чувства обострятся вновь:
Мой Миша нежно улыбнётся,
Промолвит: «Свадебку готовь!..»
Пришёл бы уж!.. Вся изождалась!
А может, понапрасну, жду?!
И, вновь, к себе, явилась жалость:
«Чего накручивать нужду?!»
— 4 –
Жара свалилась. Дверь открыта.
Из сенцев свежестью несёт…
В передней, мама, мраком скрыта,
Кряхтя, с натугою, встаёт.
Прошлёпали босые ноги.
Звяк щеколды… скрипуча дверь…
А я смотрю вдоль по дороге:
«Где мой топтун, мой милый зверь?!!»
Во мне вскипает дикий норов:
Я прямлю стан и…грудь — вперёд!..
Уже дика! — без всяких сборов –
Звериный зов во мне живёт!
Медведицею быть желаю!
В томленье погружаюся…
Забвенно ноги обнажаю,
Их глажу…наслаждаюся!
Спускаю комбинашки лямки,
Грудей касаюсь, мну соски –
Не слышно появленья мамки –
Грудь мну, сжимаю, как в тиски.
Ух! Что это, так навалилось,
Нахлынуло аж невтерпёж? –
По телу благодать разлилась –
Нескоро в разум-то войдёшь.
Ох, ах и ух!.. где взять терпенье?
Живая я и…молода!..
Всё естество моё — его хотенье –
Бунтует ярко — завсегда!..
Вот так — одна, срываясь в «ахи»,
Изводишь плоть свою зазря
И путаясь в ночной рубахе,
Себя, под ласками, коря…
«Где друг мой, ненаглядный, Миша?
Твоё всё — это!.. На!.. Владей!..» -
Потуги, вздохи, вскрики слыша,
Гори огнём и… страсти пей!»
Уфф!.. Наважденье отступило!..
Не дьявол ли со мной шутил?
Ведь ночь, а он — нечиста сила –
На греховодье соблазнил!
А что тут сделаешь? — природа!..
Сколь лет уже вот так трясёт! –
Аналог тут — мужского рода –
Страсть утолит…слезу утрёт.
— 5 –
Вернулась мать и…рукомойник
Простукал в сенцах — кап воды…
И там же прогремел подойник,
Тревожа батюшкины сны…
Одёрнула свою ночнушку,
Прикрыла грудь…Красавица!..
Такою, встречу мать старушку,
Коль в горнице появится.
О! прямиком, ко мне шагает -
В передней: скрип от половиц –
О чём-то горестно вздыхает;
Темнеют впадины глазниц.
Волос не прибранных громада;
Рубахой белой пол метёт.
Я, появлению, не рада:
Во мраке, кто ко мне идёт?
Ох!.. приведенье…приведенье!..
Без сказки — сказка!.. Вот она!..
С какого света мне виденье:
Толь мать моя…аль сатана?!
Конечно, мама! Морок ночи
Рубаху в саван превратил
И, пред мои уставши очи,
Он приведенье смастерил.
Сказать ей кем она явилась?..
Не стоит…озабочена…
Меня жалея, всё молилась -
На сердце червоточина.
Не раз со мной рядком сидела:
Мечтали и…рядилися;
Про замужество сладко пела,
То — градом слёзы лилися.
Кляла Марину и Романа,
Что Михаил куражится.
Сколь ждать — не видно ли обману?
Чего он кочевряжиться?
Уж сколько лет, как заручились,
Повязаны порукою, -
Давно бы дети поженились;
Мы б, тешилися внуками.
Да, мама, за меня, горою!..
В гулянках: вместе — миру мир!
И, под хмельком, лихой порою,
Им, Михаил, как мне — кумир.
А вот на деле-то — промашка!
Непостоянен — Михаил!
И доченька, как мала пташка!..
Хоть бы, голубку, не сгубил!..
«Молитесь, милые, желайте,
Чтоб счастье к дочери пришло…
Пусть так: пугайте и внушайте,-
О, сколько мне смотреть в окно!»
— 6 –
Ах!.. на улице: свежесть, прохлада!
Душно в доме. Кровать горяча.
На дворе, телу: воля, отрада,-
Выпрямляется, словно, свеча.
Комары затаились в засаде;
Всё живое — сморила жата.
Поброжу, похожу по ограде…
Зной спадает, как с плечь — та гора.
Скот покоен, тихонько вздыхает.
Тишина. По деревне — покой.
Даже шавка ни где не залает
И, не выстрела, там — за рекой.
Уткам воли, от ухарей, нету!
По сезону: стрельба — сплошняком;
Не видать уткам белого свету:
Что ни дом, то охотничек в нём.
А сегодня, нет грохота. Тихо.
Ишь, какая стоит благодать!
Не спугнуть бы уснувшее лихо…
Чтоб дочурке уснуть…не страдать!
Извелась. У окна, одиноко,
Смотрит в край, где красавчик исчез.
Ох, от Мишки, дождешься ли прока? –
Он, как волк: покорми — сразу в лес.
Что за парень!.. Давненько, поспелый!-
Двадцать пятый годок — на носу,-
