— Влад, я не могу похудеть, это выше моих сил!
— Постарайся ради меня!
— Издеваешься?
— Конечно, издеваюсь. Но в каждой шутке…
— Пошел ты!.. Между прочим, это должна была быть моя фраза.
— В смысле?
— Я более заинтересованное лицо. Это я должна предлагать тебе жениться на мне.
— Почему?
— Ты богат.
— Мой отец богат, а не я.
— Твой отец для меня, увы, староват.
— Слава Богу! Хотя, судя по всему, некоторые девушки немногим старше тебя так не думают.
— Девушки вообще редко думают.
— Ну ты и самокритична. Ты что, действительно такого плохого мнение о собственном поле?
— Если честно, то нет. Просто мне кажется, что материальное положение немного застилает глаза.
— Это нормально — искать мужчину, который даст тебе крышу над головой и позаботится о твоих детях. Мужчины ведь тоже женщин не за ум выбирают. Вначале — красота.
— Увы, ты прав.
— Суть вот в чем, Маришка: тебе нужен кто-то, кто будет о тебе заботиться и даст тебе возможность писать твои книжки.
— На книжках я много не заработаю.
— Вот и я о том же. И мы опять возвращаемся к теме нашей женитьбы…
— Иди ты!..
— Фу, как нелитературно… писатели так не выражаются. Но ты подумай о моем предложении.
— Да ведь не было никакого предложения!
— Какие наши годы! У нас с тобой еще все впереди».
Мой Влад — теплый и добрый. Мой Влад — один в огромном доме, приглашающий меня приехать к нему в любое время дня. Я никогда, никогда его не боялась!
Мой друг, мой Влад.
— Влад, — прошептала я.
Самоуверенность слетела с меня, как листы с капусты, обнажая самые настоящие чувства.
Он услышал. Обернулся, продолжая находиться внутри другой девушки. Увидел меня!
— Уберите ее отсюда! — закричал он. — Кто ее сюда впустил?!
— Влад…
Кто-то схватил меня за плечи. Меня резко вытолкнули из комнаты. Последнее, что я увидела, — как Влад повернулся к Матильде, безучастно лежащей на кровати. Я представила, как он закрывает глаза и вновь расслабляется. Его телу было хорошо: оно было близко к оргазму.
Меня отвели в другую комнату — в ту, где я не так давно плакала из-за несчастной любви, и закрыли дверь на ключ. Я даже не пыталась протестовать. Чувства атрофировались, зато воспоминания ожили.
«— Марин, твоя мама правду говорит: ты можешь не знать химию, так как есть профессии, где она не пригодится, но ты должна знать английский язык. Нашему поколению это необходимо.
— Я не спорю на этот счет, но почему ты так зациклен именно на этом предмете?
