В следующую секунду Мегрэ уже был в комнате. Лежа на полу, Чарли пытался дотянуться до пистолета, который валялся сантиметрах в двадцати от его руки, и тогда комиссар позволил себе то, чего ни разу не позволял за все годы работы в полиции, – он дал волю охватившему его бешенству и что было силы стукнул Чарли каблуком по руке.
Торанс всей своей тяжестью навалился на Чичеро, который пытался ткнуть ему пальцем в глаз, и Мегрэ пришлось изрядно повозиться, прежде чем ему удалось надеть на Чичеро наручники. Только тогда Торанс смог наконец встать на ноги. Он весь сиял, хотя вид у него был весьма неприглядный: перепачканное пылью потное лицо, расцарапанная в кровь щека, разорванный ворот рубашки.
– Шеф, может, мы на нее тоже наденем наручники?
Люка уже выбился из сил в единоборстве с хозяйкой, и Мегрэ, взяв у Торанса наручники, надел их на беснующуюся блондинку.
– Как вам не стыдно так обращаться с женщиной!
Торанс приподнял Чарли за плечи – его передернуло от боли.
– Что мне с ним делать, шеф?
– Посади его в уголок.
– Когда я услышал выстрелы, – рассказывал Торанс, – я решил проникнуть в дом через черный ход. Но дверь оказалась заперта. Тогда я высадил стекло и очутился на кухне.
Мегрэ медленно, тщательно набивал свою трубку – ему нужно было отдышаться. Потом он подошел к застекленному шкафу, где стояли стаканы.
– Кто хочет виски?
Однако он все еще не был спокоен и послал шофера поглядеть, не пытается ли кто-нибудь удрать из дома.
– А ты, Люка, проверь, пожалуйста, не стоит ли поблизости еще машина.
Мегрэ заглянул на кухню – на столе валялись какие-то объедки, толкнул следующую дверь и попал в комнату поменьше, которая, видимо, служила столовой.
Держа в руке еще не остывший револьвер, он поднялся по лестнице на второй этаж, задержался на мгновение на площадке, прислушался, а потом распахнул ногой ближайшую дверь.
– Есть здесь кто?
В комнате – судя по всему, спальне хозяйки – никого не оказалось. Все стены были увешаны фотографиями мужчин и женщин, как в ресторане у Поччо, не менее ста фотографии, причем большинство из них были с автографами на имя Элен, а на некоторых была изображена она сама лет двадцать назад, в костюме танцовщицы мюзик-холла.
Прежде чем войти в соседние комнаты, Мегрэ убедился, что и там никого нет. Все постели были застелены. В одной из комнат стояли чемоданы, набитые шелковым бельем, предметами туалета, ботинками, но ни единого документа Мегрэ там не обнаружил.
Видимо, это были те самые чемоданы, которые Чарли и Чичеро таскали с собой, переезжая с места на место. На самом дне наиболее тяжелого из них Мегрэ нашел еще два пистолета, кастет, резиновую дубинку и изрядный запас патронов.
Ничто не указывало на то, что они привезли сюда подругу Неряхи Джо. Зато, возвращаясь назад через кухню, Мегрэ заметил возле кофейника портсигар с инициалами «Б. Л.» – явное свидетельство, что Ларнер побывал в этом доме.
Вернулся Люка, ботинки его были забрызганы грязью.
– Вокруг нет других машин, шеф.
Торанс внимательно разглядывал изувеченную руку Чарли: странная вещь крови не было, но рука отекала, пальцы синели прямо на глазах.
– Интересно, здесь есть телефон?
Аппарат висел за дверью.
– Вызови любого доктора из Мэзон-Лафита, но не говори, что мы из полиции. Пожалуй, скажешь, что просто произошел несчастный случай.
Люка взялся выполнить это поручение, а Мегрэ после некоторых колебаний, преодолев смущение, все же решился – впервые в присутствии своих инспекторов – заговорить по-английски, хотя и говорил на нем весьма скверно.
– Где Билл Ларнер? – спросил он у Чичеро, который сидел на скамье, прислонившись спиной к стене.
Как он и ожидал, Чичеро не удостоил его ответом, а только презрительно улыбнулся.
– Я знаю, что Билл был здесь нынче вечером. Это он тебе подбил глаз?
Улыбка исчезла, но Чичеро все равно не раскрыл рта.
– Как тебе будет угодно. Говорят, ты упрям, но и у нас найдутся не менее упрямые парни, чем ты.
– Я хочу позвонить своему консулу, – произнес наконец Чичеро.
– Всего лишь! В четыре часа утра! А что ты ему скажешь, интересно?
– Не хотите – не надо. Но вам придется за это ответить.
– Да, мне за все придется ответить… Люка, тебе удалось вызвать доктора?
– Он будет здесь через пятнадцать минут.
– Как ты думаешь, он не позвонит перед выездом в полицию?
– По-моему, нет. Он не выразил никакого удивления.
– Подожди, еще выяснится, что он сюда не раз заглядывал. Соединись-ка с Набережной Орфевр, надо узнать, не звонил ли Барон.
Молчание Барона его беспокоило, и исчезновение этой женщины из гостиницы «Бретань» тоже.
– Да, раз уж Вашэ на проводе, попроси его выслать нам еще одну машину. В одной мы, пожалуй, все не усядемся.
Потом он подошел к Чарли и поглядел на него в упор:
– Тебе нечего мне сказать?
В ответ тот обрушил на комиссара одно из самых отборных и витиеватых английских ругательств.
– Что он говорит? – поинтересовался Торанс.
– Он скромно намекает на некоторые обстоятельства, связанные с моим появлением на свет, – пояснил Мегрэ.
