Отворив дверь, я сразу заподозрил неладное: уж больно маниакальный у него был вид. Вообще-то, у него всегда маниакальный вид, но порою к пронзительному блеску глаз добавлялся такой особый огонёк, при виде которого становилось ясно: пора искать бомбоубежище. Или хотя бы крепкий подвал с прочным засовом на дверях.
Отворив дверь, я сразу заподозрил неладное: уж больно маниакальный у него был вид. Вообще-то, у него всегда маниакальный вид, но порою к пронзительному блеску глаз добавлялся такой особый огонёк, при виде которого становилось ясно: пора искать бомбоубежище. Или хотя бы крепкий подвал с прочным засовом на дверях.
- У меня отличная идея!
Я ему конечно не поверил, но в квартиру впустить пришлось. Ведь он, мерзавец, друг мне.
- Представь: я открыл секрет бессмертия.
- Круто.
Это было непозволительное равнодушие к новости подобного масштаба, но учитывая, что в тот период я был всецело поглощён вопросом множественных вселенных, меня можно извинить, я считаю. Жаль, Гоша реально значимых вопросов мироздания не воспринимал и смотрел очень сурово.
Как его занесло в учёные - большая загадка. Наверное, муха укусила. Или неведомые детские комплексы. Потому что сложно поверить, что он пошёл на это добровольно.
В школе я был уверен, что он подастся в авантюристы или в жулики, а то и вовсе в политики, и будет либо дурить народ, либо смешить. Но он решил остаться любителем, а профессиональное образование пошёл получать на биофаке. Его родители наверное до сих пор считают, что он их надул, и даже демонстрация диплома не помогла.
- Ну ладно, - я подумал, что немного заинтересованности даст плюс мне в карму, - удиви меня.
- Я тут не для этого, - Гоша всё ещё дулся. - Но что взять с приземлённых ограниченных умов, не способных постичь реальное величие?.. Ты ведь читал Библию?
На какую-то секунду я замешкался: нельзя так просто взять и сходу сообразить, как реагировать на подобный вопрос с достоинством.
- Нет. Но я читал теорию относительности.
- Не важно, - отмахнулся Гоша, - ты всё равно наверняка слышал, что Авраам родил Исаака (или Исаак родил Авраама -- не суть), а тот потом родил ещё кого-то.
- Они основательно подошли к делу, - согласился я.
- И жили лет под тысячу так. Знаешь, почему?
- Хорошая экология и колбаса без вкусозаменителей?
- Возможно, это сыграло свою роль, - покладисто согласился Гоша, - но не главную. Всё дело в размножении.
- Ты имеешь в виду, что под Авраамом подразумевался весь его род до пятнадцатого колена?
- Да нет же, я говорю о бессмертии отдельно взятого индивида, а не его рода.
- Тогда не мог бы ты изъясняться конкретнее?
Мой друг смерил меня оценивающим взглядом, словно пытался понять, какого уровня конкретики я заслуживаю. Я решил ему не мешать и стоял ровно, чтобы не пришлось начинать заново, ведь у Гоши ещё в детстве были трудности с фокусировкой. Вот и классная вечно говорила ему: "Гоша, не разбрасывайся по сторонам..."
- Смотри: обычно под этими высказываниями типа "Авраам родил Исаака" подразумевают иносказание, так? А на самом деле понимать надо буквально.
- Да, я слышал анекдот на эту тему: Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова, а потом что-то случилось и рожать стали женщины.
- Всё гораздо серьёзнее, и я нашёл этому подтверждение.
Я, конечно, заинтересовался. Хотя многие биологи и умудряются выдавать за фактологию случайные флуктуации в своём мозгу, нельзя исключать небольшой вероятности встретить информацию, отчасти подтверждённую точными расчётами или, хотя бы, репрезентативной выборкой экспериментальных данных.
Тут Гоша стушевался и начал юлить: мол, не хочет забивать неподготовленную биофаком голову такой информацией, которая может разрушить мой незащищённый знаниями мозг. Я в ответ спросил, не входит ли в эту подготовку ритуальное поглощение жареных мухоморов во время полевой практики. Гоша мне в ответ, что я употреблял те мухоморы ещё в утробе, потому что другого объяснения, как я такой уродился, он не видит. Тут бы нам разругаться и разойтись, но на самом деле прения подобного толка утратили остроту ещё на первом курсе - в те времена Гоша любил интересоваться, не облучали ли меня на физфаке той самой психотроникой, о которой он столько слышал, или ещё чем-то, выжигающим мозги у особо нудных студентов. К прискорбию должен признать, что с тех пор мой друг так и не научился руководствоваться фактами и логикой. Обычно, когда становится нечего возразить, он объявляет меня занудой последней степени и уходит обрабатывать кого-нибудь более внушаемого и падкого на его чары.
- Короче, - рявкнул Гоша, - мужики жили по восемьсот лет потому, что рожали сами!
- Как Шварценнеггер, что ли?
- Точный механизм я пока не знаю, - голос Гоши стал слегка озабоченным, - это ещё только предстоит выяснить. Но основное я готов доказать уже сейчас.
- Нина будет в восторге.
Гоша моего одобрения (хотя и лицемерного, но всё же потребовавшего некоторых усилий) не оценил и сделался мрачен. Нина в отличие от него человек серьёзный, не склонный к сомнительным авантюрам, и это правильно, я считаю: в паре хотя бы один должен быть с мозгами. В общем, не предусмотренного брачным институтом почкования она бы не одобрила.
Сжалившись над другом, я выразил ему соболезнование по этому поводу.
Лучше бы я молчал и думал о множественных вселенных.
Гоша смотрел на меня оценивающим взглядом и в этом взгляде было что-то от физиолога.
