В гости Дэн, слава Богу, не пришел — я ведь проснулась и ответила ему по телефону. Мы слегка поприпирались, как и обычно — это веселило нас обоих, он назвал меня красавицей, я разошлась и написала ему, что он мне нравиться, потому что бывает милым. Дэн загордился и сказал, что милым он не бывает — милым он остается всегда, и его второе тайное имя — Pretty Boy. "Петя вой?", — написала я ему глумливо, после чего он тут же мне позвонил, пожурил, как малявку, за издевательства над его персоной, после чего заявил, что у него сегодня прекрасное настроение и он готов поделиться им со мной. Вот так мы и договорились о долгожданном свидании. Дэн пообещал, что оно мне понравиться, и я "go into ecstasies". Я тут же сообщила парню, что мне не нужно устраивать ничего экстраординарного — с меня хватит и катания на байке, к примеру (про цветочки я тактично умолчала, надеюсь, он догадается их принести, как это дела Ник Ольге). На это Смерчинский тут же сказал, что у нас свидание будет очень милым и спокойным, и поэтому мне волноваться не следует.
— Хорошо. — Сказа я на это, подумав, что голос у него подозрительный.
— В шесть часов я буду рядом с твоим подъездом, — напомнил он мне и не отказал себе в удовольствии еще раз назвать меня Бурундуком, после чего положил трубку с чувством выполненного долга, видимо.
А я все же немного волновалась — еще бы, как никак свидание с клеевым парнем, и хотя, получатся, что на них мы были кучу раз, все равно хочется, чтобы все прошло успешно. Предо мной не возникали ультиматумом вопросы о том, как одеться, чтобы выглядеть классно, как себя вести, какую прическу сделать и какой лак нанести на ногти. Дэн видел меня всякой, и его я воспринимала как человека, которому можно доверять, а значит, рядом с ним, можно не особо париться по поводу того, остаточно ли красиво я выгляжу. Но, естественно, мне хотелось, чтобы Смерч воспринимал меня как симпатичную девочку, а не как оборванца Аньку из парка.
Мои мысли прервала Лида — она позвонила и вновь напомнила, что хотела бы мне кое-что сказать, причем, желательно, лично и перед тем, как я отправлюсь вечером на свидание.
— Что-то случилось? — встревожилась я.
— Я хочу поговорить. — Терпеливо сказала она. — В живую.
— Ладно, поговорим, раз тебя телефон не устраивает. Кстати, ты почему вчера не сказала сразу про своего кретина Женьку? И вообще, как ты себя чувствуешь?
— Все прекрасно, Маш, спасибо. Но не говори мне про это сейчас, хорошо?
— Хорошо, — мгновенно согласилась я. Если Лида просит, значит, нужно так делать. — Во сколько и где встречаемся, мамочка?
Мы договорились встретиться дома у Марины, которая осталась на целый день одна — ее родители и бабушка уехали на день рождение к родственникам, решившим отпраздновать его на природе с кастором и с шашлыками. Маринка, чуть позже написавшая мне смс, пообещала сделать из меня "улетную девочку" для свидания. Я, помня о муках с платьем и каблуками, перезвонила и тут же сказала, чтобы подруга не перестаралась, потому что шпильки я больше не надену ни под каким предлогом — только если на собственную свадьбу.
— Отлично, — воскликнула девушка по телефону. — Доченька, ловлю тебя на слове! На свадьбу я заставлю надеть тебя обувку на огромной шпилище!
— Боюсь, к тому времени, как я соберусь замуж, — отвечала ей я, — я буду страдать ревматизмом и радикулитом и артритом. И не смогу натянуть такие туфельки.
— Вот же ты дурочка! Да ты замуж раньше меня выйдешь и Лидки! Первой в группе, — пообещала мне подруга. У нас пока действительно не было девушек, вышедших замуж, что очень удивляло маму. По ее словам, когда она училась на третьем курсе, у них уже половина девчонок и парней были женатыми людьми.
— Спасибо, утешила. Ладно, жди меня через два часа. — Сказала я Маринке и, добавив, что нам надо будет как-нибудь поразвлекать Лидку, положила трубку. Минут сорок я проторчала в Интернете, а потом начала собираться. Мама заметила мои маневры и тут же спросила:
— Ты куда то? А экзамены?
— Я к Маринке. Будем вместе готовиться, — сказала я ей почти правду. — У нее сегодня дома никого нет, а у нас будет шумно, как всегда. Ты же говорила, к нам сегодня твои подруги придут, и, наверное, Настя приедет с Федькой.
— Ну вообще-то да, — согласилась со мной мама. — Но я могу сказать свои девочкам, чтобы они не приходили, и тебе никто не будет мешать. Настя и Федор будут вести себя тихо.
— Мама, ну что ты как маленькая! Я же говорю, у Маринки поучу. Вместе учить лучше. — Тут же запротестовала я.
— Ну, хорошо. Я буду тебе звонить, Мария. И попробуй только выкинуть какую-нибудь штуку со своим телефоном. — В ее голосе появилась деланная суровость.
— Ага. Только не очень часто — звонки отвлекают. Ладно, мам, я пошла.
— У тебя деньги есть?
— Чуть-чуть. А ты хочешь мне дать на карманные расходы? — Обрадовалась я. Мама расщедрилась и дала. Видимо, у нее перед приходом старых школьных подруг было очень хорошее настроение.
