— Только знаешь, — задумчиво продолжал парень, — по-моему, все наши действия приводили к тому, что я все больше и больше к тебе привыкал. Не знаю, почему, но нас стали считать парой. Это тоже было забавно.
— Премного забавно! — разражено отозвалась Бурундукова, вспоминая грандиозную встречу Смерчинского сначала с папой, потом с братом и дедушкой, а затем и со всеми родственниками.
— Да… Не Ник, а я стал попадать в самые глупые ситуации. Нас вместе с тобой сводила Судьба, не что иное. Я не могу рационально объяснить все эти случайности совпадения. Друзья, знакомые, преподаватели, твои родители, мои родственники — все вскоре узнали, что мы встречаемся. Дед рассказал всем о том, что у меня есть милая подружка. Теперь моя мама хочет увидеть тебя.
Кажется, Маша ничьих мам видеть не желала. Она поджала ноги и нахмурилась.
— За это я тебя просто ненавижу! И вообще… Зачем ты заставил меня подписать дурацкий договор, который сам 500 раз нарушил, дебил?
— Просто так. Ты ведь маленькая. Мне хотелось с тобой поиграть. Иногда я — человек порывов, делаю то, что взбредет в голову. — Обезоруживающе, но очень грустно улыбнулся парень. — А еще я не хотел, чтобы о нашей договоренности кто-нибудь узнал. А ведь ты верна своему слову. Ты никому ничего не сказала.
— Естественно. В отличие от тебя. — Сердитый взгляд девушки, в котором зло заботливо прятало страх и обиду, обжег парня.
Невидимый девушке дождь пошел сильнее — он одновременно с клочьями тумана хлестал второго, полупрозрачного, Дэна по спине и по рукам, как плетка Ревности, которую она вытаскивала лишь в самых крайних случаях.
— Я такой, прости меня. Ланде и Черри — помнишь, я говорили, что они одни из самых моих близких друзей? — узнали о том, что готовят ребята, подумали, что сели все будут думать, будто мы пара, у нас ничего не получиться с нашим планом. Но… несколько случайностей и вообще весь университет стал в курсе наших как бы отношений. И постепенно я….
— Если ты хочешь сказать, что постепенно ты понял, какая я офигенная герл, то лучше молчи. Молчи, Смерчинский. — Предупредила его слегка срывающимся голосом Маша.
— Хорошо. Но ты знай это.
— Зачем мне это знать?
— Потому что ты мне дорога.
— Да?
— Да. Блин, ты такой… такой… такой дурак. Очень интересная точка зрения, Сморчок. Только меня интересует еще один вопрос. Почему ты называешь Кларского подонком? Что, продолжаешь ревновать к Олечке? — вновь разомкнула все еще накрашенные темной помадой губы Маша. Помада подруги оказалась очень стойкой.
— Нет. Какая ревность? — в подтверждение этих слов красноглазая госпожа с мундштуком и в шляпке с вуалью, на пару мгновений выглянула из белого липкого тумана и согласно кивнула.
— Обыкновенная. К Ольге. Но если не ревность, то почему ты его так называешь, подонком?
— Потому что он подонок, — пожал широкими плечами парень. — Сейчас я скажу тебе одну вещь. Но я скажу ее тебе только потому, что ты больше не бегаешь за ним и не будешь потом из-за этого сильно переживать. Представь его медалью, Маша, медалью, которую носят на шее. Внешняя сторона медали — золотая. Никита — хороший парень. Спокойный и добросовестный студент престижного факультета. Не имеет нареканий, хорошо учиться, не прогуливает универ, элегантно и стильно, но не броско одевается, вежливо общается с народом и не влезает в дурные истории. Хороший мальчик с умным лицом и понимающим взглядом, так? Таким он был для тебя?
— Таким. Таким и остается. — Упрямо, наверное, чтобы подзадорить Смерча, сказала девушка. — Ник — хороший. Мне не нравятся плохие парни.
— Отлично. Так и должно быть. Он — хороший. Просто эта стороны остается золотой для всех. Но мы переворачиваем медаль. И что видим? Золота больше нет, осталась одна потрескавшаяся медь. Сторона медали, которая находиться ближе к сердцу — более правдивая, поверь. На самом деле он из тех парней, которых называют плохими, а не хорошими. Если бы ты знала всю подноготную Ника Кларского, он бы не понравился тебе, Чип. Нееет, он не простой гопник, отжимающий мобилы в темном переходе у школьников. Он куда более опасный парень. Младший брат одного из местных авторитетов. Входит в ОПГ, занимается незаконными делишками.
— Какими? Смерчинский, ты что курил перед нашей встречей? Как называются эти вещества? — Светловолосая девушка явно находилась в замешательстве. Хотела услышать одно, услышала другое!
Дэн горько усмехнулся.
— Не думай, я не осуждаю его. Мой брат занимается кое-чем похожим, и я не имею права на то, чтобы осуждать других людей в чем-то. Да и сам я не идеал. Просто слушай и верь мне. Брат Ника занимается незаконными делами: наркотики, игровой бизнес, возможно, проституция, что-то еще. Сначала Ольга не говорила мне о его подноготной, испугавшись, что в таком случае я не буду ей помогать. Но через кое-какое время я сам узнал об этом, кое-что сопоставив.
— Ты об это говорил Князевой в парке около универа вчера? Почему она раньше тебе правду не рассказала? — задумчиво спросила Маша.
