— Опять ты… Отменная реакция, — покачал он головой, увидев к девушку беспомощной, разбитой и усталой. Успокаивать идиотку, проглотившую коктейль, он не собирался, и просто-напросто ушел в другую комнату. Правда через час, когда за окном было уже светло, и на полу играли первые солнечные лучики, все же вернулся. Парень так и не уснул вновь, просто провалявшись на жестком диване в комнате, и слушая приглушенные всхлипы Ники. А вернулся потому, что его гостья за стеной подозрительно замолчала, заставив его занервничать — мало ли что она решила вытворить еще? Или вдруг ей там плохо сало? Загнется еще в его квартире…
Не загнулась.
— Ну? — встав в дверном проеме, спросил Никита.
— Мне плохо. — Прошептала девушка, отнимая заплаканное лицо от рук и не глядя на парня.
— Физически? От "Карри" нет плохого отходняка, как от спидов или винта. Хотя, кому как, — философски заметил Никита.
— Душевно, — едва слышно прошептала Ника, почти пришедшая в себя. Все ее лицо было мокрым от слез, и шея тоже, и ладони. Ее продолжало трясти.
— Немудрено. Уровень серотонина уменьшился. — Со знанием дела произнес Никита и сел напротив девушки — тоже на пол. Сонный, помятый, в одних джинсах, но отчего-то уже не злой, а просто уставший.
— Иди спать. — Внимательно посмотрел он на Нику. — Хочешь ведь?
— Хочу, я не могу уснуть, — не поднимала на него глаз та. — Это… это ведь из-за коктейля случилось, который я выпила?
— Да. Ты молодец, тащишь в рот, что попало.
— А что… что за состав у этого коктейля? — испуганно произнесла девушка.
— Я не химик, я не знаю. Считай, что ты выпила жидкое экстази, разбавленное еще кое-чем. — Не стал вдаваться в подробности хозяин квартиры. Он понял следующий вопрос гостьи и добавил:
— Не бойся, не будет у тебя с первого раза зависимости, идиотка. И прекрати рыдать. Но запомни, пока ты считаешься моей девчонкой, ты не употребляешь ничего такого. — Голос Ника стал жестким. — Алкоголь, трава, любые виды наркотиков — все под запретом. Поняла меня, кукла?
— Поняла. Я не хотела, правда. — Подняла на него покрасневшие глаза девушка. — Я не думала, что выйдет так! Прости…
— Что ты сказала? — поднес ладонь к уху Кларский.
— Прости меня.
Он ничего не ответил, и пару минут они сидели молча. Потом молодому человеку надоело изучать Нику, и он, рывком встав, распахнул балконную дверь, позволив еще прохладному утреннему ветерку ворваться в комнату.
— Я, правда, не могу заснуть, — сквозь все еще катящиеся слезы произнесла светловолосая девушка.
— Я знаю. Это нормально. Иди за мной. — Никита вдруг стал почти добрым — таким, каким его знали в университете. Та же Маша Бурундукова, к примеру.
Они прошли на кухню: здесь, в отличие от всего остального дома, наблюдалось довольно много мебели, и она опять же явно была дорогой и новой: огромный двухстворчатый холодильник, самые современные микроволновая печь и посудомоечная машина, элегантный и в то же время простой сине-белый кухонный гарнитур с барной стойкой, небольшой круглый столик под стать гарнитуру и два стула с высокими спинками. К тому же здесь было очень уютно и чисто. То ли хозяин квартиры появлялся в этих комнатах очень редко, то и просто умел следить за чистотой и порядком.
"Уютно", — с удивлением подумала девушка сквозь неприятное головокружение.
— Садись. — Сказал Ник, а его взгляд упал на разрисованный холодильник. Он уставился на влюбленных девушку и парня, взирающих на него с дверок самого главного кухонного предмета мебели в любом доме, и задумчиво потер шею.
— Я тебя убью, — только и сказал он. — Ты придешь в себя, и я тебя убью.
— За что?? — в упор не помнила Ника, как рисовала на кухне маркером.
— За это.
— Но это не я!
— А кто, черт возьми, я? Я, по-твоему, рисую у себя в доме такие чудные картинки?
— Я не помню, чтобы я рисовала у тебя на холодильнике.
Хозяин дома поднял бровь и посмотрела на правую ладонь Ники, на которой остались следы маркера. Она поймала его взгляд, посмотрела на свою испачканную руку и виновато отвернулась, как нашкодивший щенок.
— Ты это ототрешь.
— Я не помню, чтобы я рисовала это. Я мало что помню! Но… прости. Прости. Я все приведу в порядок. Прости! — Уже в который раз извинилась перепуганная девушка, обхватив себя руками и часто дыша. Спать она, правда, очень хотела, очень хотела домой. Забыв обо всем.
— Прощу. Когда все будет чисто. Дай руку, — без перехода потребовал Никита.
— Зачем? — рефлекторно спрятала руку девушка. Мало ли что Дядя Укропу в голову придет? Сейчас как вколет что-нибудь нехорошее. Может, он из-за холодильника обозлился так?
— Затем. Руку. Быстро. Я не нянька, упрашивать тебя не буду.
Ника все же протянула вперед руку, с опаской и недоверием косясь на Кларского. А тот ничего плохого ей не сделал — всего лишь сжал пальцы на ее бледном запястье, прикрыл глаза и посчитал пульс. Он заметил, что девушка часто дышит и подумал, что, скорее всего, у нее повышенное сердцебиение — один из симптомов отходника после приема наркотиков.
