— Разве я не говорил, что ты отвечаешь за неё головой? — мой голос стал раскатистым, с животными нотками. Будь я в Преисподней, мой облик изменился бы вместе с голосом.
Лара прохрипела что-то неразборчивое в ответ.
— Я не убью тебя. Но ты исправишь то, что допустила. Пойдёшь за мной. И заберёшь её после.
Отступив на шаг, я позволил Ларе сделать вдох. И прежде, чем она спросила, объяснил:
— Её забрал Амун, чтобы сделать своей избранницей. Как только закончит ритуал, затащит её в Преисподнюю. Мы оба знаем, что избранницы оттуда не возвращаются.
— Прости меня, Дэй.
В ответ я качнул головой. У меня не был сил на прощение.
— Я знаю, где он. Иди за мной по следу, — вложил в её ладонь огненную нить.
То место, куда он повёл Алису, я не хотел бы видеть больше никогда. В Среднем мире оно было давно разрушено и застроено новыми домами. И уже не напоминало о моих утратах и падении. Но в Междумирье время текло иначе. И пространство вмещало в себя отголоски ушедшего и не наступившего.
Тот судьбоносный день непременно нашёл бы своё отражение в Междумирье. Слишком памятная дата. И я даже знал, где искать то проклятое место, и переместился туда с первой же попытки.
Обугленные покосившиеся ворота. На сухой потрескавшейся земле лежал пепел, в котором отпечатались следы босых женских ступней и крупных мужских ботинок. Девушка пробежала под воротами во двор, окружённый обугленными головешками, оставшимися от строений.
— Не надо! — крик Алисы разорвал тишину и вытащил меня из жутких воспоминаний.
Я вихрем рванулся вперёд, не сдерживая огонь. Амун прижимал Алису к земле, сцепив пальцы на её горле.
— А вот и ты, Дэй, — усмехнулся он, и сжал хрупкое девичье горло сильнее.
Вмешаться — значит, рискнуть её жизнью. Остаться в стороне — значит, позволить надругаться над ней и всё равно погубить.
— Двинешься, и я убью её, — предупредил Амун. — На этот раз это сделаю я. Из ревности, как и ты тогда, — он рассмеялся.
Воспоминания взвились пламенем. Тем, что уничтожило когда-то этот двор. Рождённым моими пробудившимися силами. Я пришёл тогда, чтобы спасти Божану. Не позволить ему завершить начатое. Но разве простой человек устоит против демона? Чтобы сравняться с ним по силе, мне пришлось отдать душу в услужение дьяволу. Он предложил, и я согласился. Тогда я готов был на всё, лишь бы Божана не досталась Амуну.
— Я не убивал её! — крикнул в ответ.
— Её забрал твой огонь. Голодное пламя новообращённого демона. Что, убьёшь её снова? — усмехнулся он.
— Лучше я, чем ты, — зарычал я и бросился в бой.
Толкнул Амуна к обугленной стене, моментально превратившейся в чёрное крошево. И услышал у себя за спиной хриплый вдох Алисы. Жива. Но если буду сражаться, как должен, то точно так же обреку её на гибель. Она не выживет в нашем огне.
— Уходи! — крикнул ей, не оборачиваясь, и снова оттеснил Амуна назад. — Лара уведёт тебя отсюда.
— Уведёт и что? — спросил Амун, опять поднимаясь на ноги. — Думаешь, какая-то второсортная демонесса сможет мне помешать? Тебе недолго осталось, Дэй. А вот я никуда из Среднего мира не денусь.
Проклятье! Ну почему даже сейчас я не могу её защитить?
Стоило этому вопросу коснуться моих мыслей, как сразу же захотелось возразить. Разве я не способен уберечь её? Разве так же беспомощен, как тогда? Она ещё жива, а это всё меняет. Теперь я понял, какой прощальный подарок мог бы ей сделать.
— Ты прав, мне недолго осталось. Меня уже заждались внизу. И думаю, незачем откладывать.
Я враз выпустил всю силу, какую успел накопить за эти дни. Пламя, слетев с моей руки, оттеснило Амуна, начало окружать двор кольцом и вскоре замкнулось куполом. Мы с Алисой остались внутри. Она отползла к центру, пытаясь укрыться от жара. И я поднял купол выше. Но человек всё равно не смог бы находиться под ним слишком долго.
— Ты ещё доверяешь мне? — спросил, присаживаясь рядом с ней на корточки. На её измазанном пеплом лице отразилась боль. Я ранил её, хотя и не хотел. Вечно причинял ей страдания.
Но несмотря на это она кивнула. Доверяла мне, демону, разрушившему её жизнь?
— Я не достоин тебя, — выдохнул, опуская голову. — Не достоин, но всё равно попрошу. Возьми меня за руку, — протянул ей открытую ладонь, в которую она без колебаний вложила свою.
Из-за купола донёсся яростный рык Амуна. Ещё какое-то время он не сможет пройти через моё пламя.
— А теперь, Алиса Леденёва, ответь мне на один вопрос. Согласна ли ты родить мне, высшему демону Реусу Асмодею, ребёнка?
Алиса Леденёва
Окружавший нас огонь опалял кожу жаром, выбивая испарину. Казалось, ещё чуть-чуть и я расплавлюсь. А мой мозг похоже уже начал.
— Скажи, что ты согласна родить мне ребёнка? — Дэй тряхнул меня за плечи, приводя в чувства. — Скажи это! Скажи, что согласна. Быстрее.
Толком ничего не понимая, я кивнула. Потом опомнившись, произнесла вслух:
— Я согласна. Я рожу тебе ребёнка.
Руки Дэя вспыхнули огнём. Языки пламени заплясали по моим плечам, облизывая грудь и сквозь одежду въедаясь в кожу. Болезненно-мучительный жар охватил меня на несколько мгновений, но почти сразу утих.
