За маленьким столиком мне ничего не стоило протянуть руку, поймать хрупкую ладошку Эстер, поднести к губам. И нежно поцеловать её запястье. Поцеловать мою метку. Руны, которые говорят на древнем языке, что она –
Я ждал её. И она пришла. Спала в моей постели. Целовала меня, отдавалась мне.
С Эстер я разбужу свой спящий потенциал, войду в полную силу и верну всю положенную мне власть. Волей-неволей моя Истинная пара меня усилит.
– Красивое лицо, – я оглядывал её, точно пытался поглотить каждую деталь, втянуть в себя. Знаю, что мои зрачки сейчас вытянулись, а радужка выцвела до прозрачно-голубого почти белого. Пугающее зрелище. Должно было быть. Но Эстер не выказывала страха. Не удивительно, ведь она насмотрелась на такие зрачки у всей своей родни. А я продолжил её разглядывать, – у тебя черты лица твоей матери, Эстер. А глаза как у отца. Кобальтовые. Но к счастью – не с отцовским выражением вечного скепсиса.
Потом я попытался изобразить, как смотрит её отец. Алик, Ректор Академии Белого Стана, великий и ужасный Серебряный Змей.
Она звонко рассмеялась, чуть не подавившись куском жареного на огне мяса. Запила нектаром из кубка, продолжая посмеиваться.
– Похоже на папу, – выдавила Эстер отсмеявшись, – а я уж подумала, что у тебя нет чувства юмора. Это было бы ужасно. Думаю со временем, вы с отцом подружитесь.
И мне стало слегка печально. Мы с Серебряным Змеем
Когда я исполню свой замысел, свою месть – ты уже никогда мне так не улыбнёшься. Твои кобальтовые глаза не будут гореть жизнью и озорным весельем.
Скорее всего, я буду приходить и брать тебя, когда положено. И в глазах твоих будут либо слёзы, либо холод. Ты будешь отворачиваться. И просто ждать, когда всё закончится. Будешь давить волевым усилием ответное притяжение ко мне – ведь любить того, кто убил всех твоих родных – противоестественно. Даже для Змеев.
И тогда вряд ли ты, Эстер, посмотришь на меня ещё так как сейчас.
Мне действительно жаль, девочка.
Кажется, в тот момент, глядя на её улыбку, я впервые усомнился в своих намерениях. Но тут же отогнал эти нелепые мысли. Драконы мстят. До последней капли крови. Это также естественно, как извергать пламя…
– Так что, – Эстер взглянула на меня своими бездонными кобальтовыми глазами, – ты ведь… не передумал… отпустишь меня домой… то есть, в Академию. На учёбу. В идеале мне там появляться каждый день. Ещё полтора года как минимум.
Я вскинул брови.
Неожиданный вопрос.
Но был уверен, что эти ответы её как-то оскорбят. Змеи либеральничали со своими женщинами. И воспитывали детей обоего пола наравне. Подход был любопытен и отчасти имел перспективу. Но как мне теперь перевоспитывать такую жену?
Личность сформирована. Будут проблемы…
– Почему ты молчишь, Гидеон? – её личико стало хмурым. Она отложила столовые приборы.
Я снова мягко пересадил её к себе на колени.
– Не уверен, что смогу.
– Я вернусь, – с чувством выдохнула Эстер, обвивая мою шею руками. Вот теперь она говорит искренне. А когда отпрашивалась в первый раз, лгала. Я почувствовал. И всё равно чуть не отпустил.
– Эстер…
Она коротко поцеловала меня в губы.
– Пожалуйста.
– Хорошо, Эстер. Но всё, что я сказал тебе в силе. Полночь крайний срок для возвращения… – я притянул её для нового поцелуя. Получилось нежно. Долго. Не как в спальне. Мы просто изучали друг друга. Поглощали. Мы были очень близки к началу
И Эстер не обратила внимания, как зарябило пространство моей магической тюрьмы, впуская непрошеного гостя.
Она – не обратила внимания, я – проигнорировал. Намеренно чуть добавил нашему поцелую огня. И лишь когда Эстер начала тихонько постанывать в моих объятиях и полезла рукой мне под рубашку, где-то совсем рядом с нами показательно кашлянули.
Эстер вздрогнула, тут же прервав поцелуй, вперив взгляд в… источник звука.
А я широко улыбнулся гостю и произнёс:
– Какая приятная неожиданность! Здравствуй,
– Здравствуй,
Но меня ждёт неожиданный ответ.
– Здравствуй,
Терпеть не могу этот немигающий взгляд. Так смотреть умеют только Змеи. Это то чем они радикально отличаются от Драконов. Холодные, манипулятивные… и крайне редко моргают.
