Как говорил Гаррик Олливандер: "He человек выбирает палочку, а палочка человека". Ну я и выбрал. А в выборе мне этом немножко помогли против моей воли. Как только юный маг взял в руки палочку, в его голове раздался холодный предвкушающий шёпот: - Наконец-то... свобода.
Пролог
Очень высокий, широкоплечий, бородатый мужчина в потёртом плаще, видавшем лучшие времена, вёл по Косой аллее юного волшебника одиннадцати лет, которому только предстояло поступить в Школу чародейства. Они уже прошли множество магазинов, но оставался ещё один. Последний.
— Мне ещё нужна волшебная палочка, — сказал парнишка, сверившись со списком.
— Палочка? — переспросил гигант. — Значит, тебе к Олливандеру. Зайди в магазин и подожди меня. Я ненадолго отойду, мне нужно кое-что сделать.
С этими словами великан пошёл по своим делам, а Гарри неуверенно направился к лавке.
Оказавшись внутри, мальчик поздоровался с жизнерадостным продавцом.
— Ааа, мистер Поттер! А я вас ждал... — мальчику показалось, что мастер просто светиться счастьем.
— Вы ждали? Меня? — удивился мальчик.
— Да.
— Почему?
— У меня храниться ваша вещь. Пожалуйста, подождите меня здесь... — с этими словами, Гаррик Оливандер исчез в недрах магазина и появился только по прошествии десяти минут. Мастер сноровисто нес в руках небольшую запыленную коробочку. Проведя над коробочкой палочкой, мастер удалил пыль, и мальчик увидел изображение паука. Черного словно сама ночь паука с красными глазами.
В этот момент у юного дарования пробежали по спине мурашки. Паук пугал его. Но мальчик старался держать себя в руках, а лучащийся радостью Оливандер ему в этом помог. Но что Гарри отметил, так это герб Хогвартса на брюшке этого паука. Еще раз проведя палочкой над коробкой, мастер словно бы открыл замок. Раздались несколько щелчков, из коробочки по всему периметру вышли засовы позволяющие снять крышку.
Внутри коробочки оказалась необычной формы чёрная палочка из обсидиана. Рукоятка её напоминала стилизованного паука, держащего на вытянутых лапках кристалл. Далее рукоять немного сужалась и переходила в направляющую часть, которая была похожа на штык и имела узор из непонятных для мальчика рун.
Олливандер аккуратно, словно цветок из тончайшего хрусталя, взял палочку в руки и не спеша протянул её Гарри. Как только палочка оказалась в руке юного волшебника, от неё по помещению, подобно кругу от брошенного в воду камня, разошлась призрачная волна. Руны на палочке мигнули мягким красным светом, а в голове юного мага раздался чей-то шепот облегчения...
— Наконец... свобода...
Глава 1
Что такое сон? Хм... без понятия. Что? Думали я тут начну философствовать на тему сна? Ага, счАз! Не тут-то было. Но вы спросите, при чем тут тогда сон? А при том, друзья мои, что мне и самому очень интересно узнать, что это такое. Ведь заснув однажды, можно не проснутся. И я это понял на себе.
Кто я? Не знаю. Какой у меня дом? Не помню. Я даже не помню близких, если такие были. Но я точно знаю, что я человек. Русский человек. Студент? Возможно. Помню голоса... друзей? Возможно. Помню истории, помню учебу. Да... я помню, как учился на технаря. Хех... и помню, как заснул последний раз в жизни. Просто лег в кровать. Прикрыл глаза... и услышал голос. Её голос. Такой нежный, бархатный... словно мать, ласкающая свое дитя. Я не знаю кто она. Но её голос очень успокаивал. Я не рассказывал об этом, но она снится мне очень часто. Утешает. Подбадривает. Она всегда знает о моих бедах, и говорит. Ласкает. А я слушаю... наверно это можно сравнить с нирваной, из которой не хочешь уходить.
Но в этот раз все было иначе. Она сказала, что мне пора. Что я научился. Хотел бы я спросить: «чему?» но не мог. Или не успел? Не знаю... но после этого, она пожелала мне удачи. Почему-то мне стало от этого так тоскливо, как никогда. Словно это расставание. Но её голос... её слова... они были последними что я запомнил перед тем, как проснутся раз и навсегда.
Проснувшись, словно по щелчку пальца, потихоньку приходил в себя словно после встряски. И чем больше я очухивался, тем больше оху... простите, приходил в состояние глубочайшего шока. Я не чувствовал рук и ног, вместо них были непривычные, но, тем не менее, схожие ощущения. Я лежал на холодном камне, но никакого дискомфорта ни от его холода, ни от твёрдости не испытывал.
«Какого х... здесь происходит?!» — вертелась мысль со скоростью винта самолета. Я лихорадочно прокручивал последние события своей жизни, но не мог их вспомнить. Вернее, полностью вспомнить. И от этого стало не на шутку страшно. А вы бы не испугались, если бы не смогли вспомнить свое имя? Нет? Ну поздравляю, вы — герой. А я... я человек. Простой, смертный... по крайней мере был им. И мне реально стало страшно.
Однако дальше — больше. После осязания вернулся слух. Я слышал, как несколько человек возле меня что-то бурно обсуждали, но их голоса доносились глухо и неразборчиво, словно через вату. А через пять минут я осознал ещё одну необычность: моё зрение больше не было бинокулярным. Оно оказалось сферическим — у него не было слепой зоны. Я, хоть и нечётко, но одновременно, видел и камень, на котором лежал, и пентаграмму вокруг, и полутёмное помещение с кучей свечей в качестве источника света. Видел шестерых людей, которые стояли вокруг меня и что-то бубнили.