Ее чаяния оправдались. На пороге стоял коренастый брюнет, которому сложно было дать больше сорока. И неважно, что он вот-вот перешагнет полтинник, ярко блестящие любопытные глаза вообще непрозрачно намекали, что их обладателю по внутреннему возрасту лет пятнадцать, в лучшем случае.
— Привет, кнопка, — Аську тут же приобняли, чмокнули в лоб, отпустили и, не особо церемонясь, сдвинули с места, чтобы пройти. — Не скажу, что звонок именно от тебя меня обрадовал, но…
— Звонок, может, и нет, зато обрадовало грядущее приключение, — рассмеялась девушка. Глаза мужчины тут же уставились в ну ооочень интересную точку на стене, непрозрачно намекая, что кто-то прав. На счастье крестного, от необходимости отвечать его избавил очередной звонок в дверь.
Ну кто бы сомневался! На пороге стоял Стас. А в руках его был…
— Это что? — от удивления Строганова даже забыла поздороваться.
— Это ты, — парень бесцеремонно вручил ей в руки кактус и прошел в квартиру. — Тем более, цветами ты мне и по физиономии съездить сможешь, вот я и решил слегка подкорректировать программу.
— Так она и кактусом может, — хмыкнул Мирославцев, рассматривая стоящего на пороге Стаса. Тот, за многочисленные кастинги и спектакли, казалось бы, привык к любым взглядам. Но тут ему показалось, что его просветили рентгеном, препарировали, а потом, изучив внутренности, пришли к каким-то определенным выводам. Но каким — не поделились. И оставалось лишь сделать невозмутимое лицо, не выдавая ни на мгновенье собственное смятение.
— Думаю, кактус она все-таки пожалеет, — развел руками Белозеров. — А то он еще колючки об меня обломает. Жалко все-таки, живой.
Его ответ детективу явно понравился — тот усмехнулся и похлопал парня по плечу. После чего протянул руку и представился:
— Родион Мирославцев, крестный этой кнопки. Так это ты виновник сегодняшнего сбора?
— Станислав Белозеров, — не менее твердо пожал протянутую ладонь сосед. — Нет, я здесь лицо такое же случайное, как и вы. Но заинтересованное.
— Что ж, радует, что в этот раз она хотя бы позвонила мне, а не стала лезть в самую гущу событий, — хмыкнул Родион, проходя по коридору в сторону кухни. — Повзрослела-поумнела, что ли, Аська?
— А что, были уже прецеденты? — насторожился Стас, надеясь хотя бы из детектива выцедить немного информации. Ну а что еще оставалось делать, если предмет его интереса так рьяно хранит собственные секреты? То есть она уже влипала в какую-то детективную историю? И, судя по всему, это не слишком благополучно закончилось. Уж не с этим ли связана ее осторожность? Черт, он так скоро в любую точку будет пальцем в небо тыкать в надежде попасть. Кто бы знал, как его это бесит…
Ася слышала его расспросы, но в разговор даже не пыталась влезть. Да и зачем? Или она крестного не знает? Все скорее закончится тем, что Стас выложит о себе полное досье, достойное ФСБ, а сам останется с большим и кривым баб-ежкиным носом.
— А ты с какой целью интересуешься, юноша? — равнодушным тоном полюбопытствовал Мирославцев. — И ты вообще кто? Чем занимаешься? Что от нашей мелочи надо?
Вопросы звучали кратко и жестко. Станислав едва подавил в себе порыв выпрямиться, приложить руку к пустой голове и начать все исчерпывающе докладывать.
— А я кактусы приручать люблю, — отговорился он. — А в свободное от охоты время в театре играю.
— О как! — присвистнул Родион. — Что, и с родительницей Асюты познакомиться уже успел?
Ну конечно, он же ее крестный. Значит, и Викторию Владимировну по-любому знает. И почему только Стас почувствовал себя так, будто муравьем под микроскопом? Идиотское ощущение.
— Учился у нее, — мрачно ответил он, уже и не особо надеясь, что сможет получить ответы на свои вопросы, утолив любопытство этого странного человека. Не настолько и наивным он казался. Наверное, много проще было бы побеседовать на эту тему с матерью Аси… Хотя нет, совсем идиотская мысль. Но, если сам не справится, в крайнем случае, действительно обратится к ней за помощью.
— Интересно-интересно, — словно издеваясь над его размышлениями пробормотал Родион. Тут они наконец добрались до кухни и, увидев накрытый стол, мужчина радостно потер ладони. И только потом обратил внимание на сидящего на стуле Марка.
— Ну хоть ты-то, надеюсь, виновник? — с какой-то тоской по приключениям воскликнул он. Мирославцев обожал тайны и приключения во всех их проявлениях. Сколько Ася помнила, он всегда наблюдал за людьми и видел чуточку больше, чем остальные. Но молчал. Иногда.
От этого вопроса со слегка маниакальными интонациями и Марк, и Стас откровенно растерялись, а Ася усмехнулась. А она ведь предупреждала. Ладно, черт с ними, сами виноваты, не маленькие, чай, не сбегут.
— Он-он, — с улыбкой подтвердила девушка. — Знакомься, это Марк. А еще он приготовил вкусный ужин, который ты просто обязан попробовать, — и, не давая возможности крестному и слово вставить с очень тонким намеком пододвинула к Мирославцеву тарелку. — И никаких разговоров за ужином, — строго предупредила она. Только после этого обратила внимание на второго гостя. — Стас, присаживайся.