Эмили, подъехав к дому, нерешительно заглушила мотор. Надо отыскать Джинна и Рашида! Но как это сделать? Первый, словно сквозь землю провалился и, может, даже не воротится до истечения срока, так и исчезнув с кувшином. С фотографом дела обстояли еще хуже. У мисс Хэйвуд было описание похитителей, но без помощи чародея ей не отыскать Рашида, даже если она обратится в ФБР.
Мисс Хэйвуд глубоко вздохнула, встряхнула головой и вновь завела шевроле. Она припаркует машину, поднимется в квартиру, примет душ, а затем нальет себе чего-нибудь крепкого. В кухонном шкафчике у Эмили был припрятан апельсиновый ликер для выпечки. Единственный алкоголь, которому посчастливилось избежать желудка Джинна.
Когда Эмили собиралась вставить ключ в скважину, за ее спиной раздался скрип соседской двери. Она уже знала, что блондинка стоит на пороге и жаждет в очередной раз съязвить. Натянув улыбку, Эмили обернулась. Дебора, действительно, стояла в дверном проеме, но вид у нее был жалкий – не свойственный ее королевской персоне: волосы всклокочены, глаза красные от слез.
Эмили окинула соседку недоуменным взглядом, воздержавшись от комментария.
– Ты Фила не видела?
– Нет, – равнодушно молвила мисс Хэйвул и попыталась открыть дверь.
Ключ заел. Эмили толкнула дверь. Деревянная панель с грохотом упала внутрь квартиры вместе с ключом. Блондинка не смогла сдержать злорадную улыбку. Не только у нее сегодня выдался поганый день! Но мисс Хэйвуд не было дела до эмоций соседки. Она ошарашенно оглядела разгромленную прихожую и боязливо шагнула внутрь. Дебора не удержалась и последовала за девушкой.
– Кажется, здесь побывали воры? Моя квартира тоже была открыта, но ничего не пропало. Фил, наверное, забыл запереть дверь.
Мисс Хэйвуд словно не замечала назойливой соседки, оглядывая хаос, творящийся в апартаментах. Ей приходилось сталкиваться с чем-то подобным в Нью-Йорке, когда она собирала информацию на одного коррумпированного сенатора и тот подослал головорезов, дабы припугнуть ее. Тогда ее жилище понесло урон, куда в меньшей степени. Но она уже три года как отошла от большой журналистики. Такое издевательство над ее собственностью могло быть делом рук одного человека. Грегори Тейлора!
Нога скользнула по полу. Эмили угрюмо взглянула вниз. Тыквенный пирог? Грабители оставили угощение!
– Это пирог Фила! – удивленно воскликнула блондинка, прикрыв рот рукой.
– Значит, твой братец превратил мою квартиру в склад испорченных вещей! – раздосадованно буркнула мисс Хэйвуд, хотя версия с Тейлором была куда правдоподобней.
– Он здесь был, но вряд ли это его рук дело, – покачала головой Дебора. Он и мухи не обидит.
Мисс Хэйвуд остановила свой взгляд на мерцающей пыльце на полу. Она наклонилась и провела рукой по странной субстанции. Бирюзово-серебристый порошок? Губы сжались в ниточку. Она развернулась к блондинке.
– Возможно, Фил не пользуется косметикой, но ты точно. Эмили сунула указательный палец под нос Деборы.
Та скривила лицо и отодвинула руку мисс Хэйвуд в сторону.
– Ты в своем уме?! – презрительно произнесла она.
– Это хайлайтер! Ты у нас звезда Голливуда, обожающая тонны грима!
– Но точно не Принцесса орков! Он зеленого цвета!
– Может, от Хэллоуина остался? – голос Эмили звучал угрожающе.
– Я была зайкой Плейбой, – гордо вздернув нос, заявила блондинка.
– Нашла чем гордиться. Твое легкомысленное поведение даже Джинн оценил.
Дебора коварно ухмыльнулась.
– Да. Вчера вечером он оценил меня вдвойне.
Эмили почувствовала укол ревности. Значит, пока Эмили переживает, куда он пропал, он веселится в постели у этой вертихвостки! Или Дебора врет, чтобы позлить ее?
– Чушь! – рявкнула мисс Хэйвуд.
Дебора театрально расхохоталась, закинув голову назад. Когда ее короткий перформанс был окончен, она презрительно хмыкнула.
– Почему же? Тебя же не впервой меняют на другую! В Нью-Йорке твой бывший муженек с кем там изменял? С обаятельной японкой? Почему же Джинну не заменить тебя обворожительной блондинкой.
Мисс Хэйвуд непроизвольно сжала кулаки. Дебора явно нарывалась. Эмили не станет терпеть издевки.
– Я бы посоветовала тебе заткнуться, Дэбби, – процедила Эмили. – Ты ничего не знаешь о моей жизни.
Но соседка потеряла бдительность. Неприятности, свалившиеся на блондинку, породили полный сосуд негатива, который она жаждала выплеснуть. А Эмили Хэйвуд идеально подходила на роль боксерской груши.
– «Ты ничего не знаешь о моей жизни», – передразнила она собеседницу. – А вся Америка знает, какая ты неудачница и врушка!
