Я действительно задумалась, и по всему выходило, что картинка вырисовывается так себе. Это они еще не знают про визитки, а уж если обнаружится фотография в моей сумочке… Следователь прослезится от счастья и закроет дело, даже не успев толком начать. Впрочем, быстро у него может и не получиться, если есть те, кто захочет раскопать правду.
«Если, конечно, те, кто захотят закрыть дело, не окажутся более могущественными», – заметил внутренний голос где-то далеко и ненавязчиво. Я посмотрела на мужчин.
– Ваши доводы шиты белыми нитками и развалятся при первом же детальном разборе, – начала я, – повесить на меня убийство, а на Черненко заказ у вас не получится.
– Вы так считаете? А если есть кто-то, кому это выгодно?
Я уставилась на Максима.
– Так вы не считаете, что это я убила его?
– Скорее, я склоняюсь к тому, что вас могли подставить. Однако сомнения есть. Так что постарайтесь развеять их.
– Каким образом? – Проворчала я. – На мой взгляд, все это слишком глупо: если я убийца, зачем мне постоянно светиться в этом деле?
– Возможно, вы не ожидали, что вас увидят в момент передачи скутера, и, тем более, узнают.
– Тогда меня вообще надо было отстранить от дела, как считаете? Вместо этого мне возвращают скутер, чем только наводят массу вопросов и привлекают внимание.
– Я понимаю все ваши аргументы, но будем откровенны: они тоже развалятся при первом разборе. Мы хотим докопаться до истины, вопрос в том, все ли этого захотят.
– Намекаете, что кому-то выгодно подставить меня?
– Есть несколько вариантов. Первый: вы убили Хмелева по приказу Черненко. – Я фыркнула, но Максим только бросил на меня взгляд. – Следователь ухватится за эту версию, будьте уверены.
– Ну а остальные варианты?
– Кто-то убил Хмелева, не сопоставив все случайные факторы и знать не зная, что вы окажетесь в подозреваемых. Это не очень благоприятный вариант для вас.
– Потому что отследить заказчика будет сложнее?
– Именно. Хотя и не невозможно. Все-таки Хмелев не последний человек в городе, и зацепки на людей появляются сразу. Однако если киллер был со стороны, и концов не найдется, дело вполне могут повесить на вас, чтобы закрыть.
– Перспективно.
– Еще вариант. Кто-то, наоборот, уловил происходящие движения и обстряпал все так, чтобы подставить вас.
– Тоже так себе вариант.
– Да, потому как круг лиц все так же широк. Ну и последний вариант: кто-то решил подставить именно Черненко, надеясь таким образом сместить его с арены. – Максим закончил и развел руками, как бы подытожив. Я стала думать. В принципе, все варианты были разумными, кроме, конечно, первого. Остановиться на каком-то конкретно я не смогла, но совершенно четко поняла, что мне необходимо переговорить с Вадимом. После произошедшего между нами видеться с ним не хотелось, но обстоятельства складывались таким образом, что становилось уже не до моих желаний.
Я постаралась всерьез рассмотреть вариант, при котором меня подставил Джеймс Бонд, и хотя вырисовывалось неплохо, душа не повернулась согласиться с этим. Устраивать такое приключение ради того, чтобы заманить меня в ловушку? Но почему, собственно, нет?
– Вы считаете, что ограбление и убийство связаны между собой? – Задала я вопрос. Переглянувшись, мужчины, пожали плечами.
– Сложно сказать, – заметил Алексей, – мы пытаемся разобраться… Хотя это, конечно, первое, что приходит на ум.
– Вы осматривали дворы на предмет украденных денег?
– Осматривали, – нехотя кивнул он, – безрезультатно.
– Выходит, либо он хорошо спрятал, либо у него был сообщник, которому и были переданы деньги, в то время как сам грабитель давал деру.
– Мы склоняемся ко второй версии.
Я кивнула, опять задумываясь. А что, если Бонд отдал деньги одному из своих мальчишек? Или даже нескольким? Те тут же разбежались по дворам, и никому в голову не придет искать деньги у подростков в рюкзаках. Я покосилась на мужчин, они терпеливо ждали. Считают, мне есть, что сказать? А ведь мне есть, причем у меня в руках практически ниточка к грабителю, только и дел, что пойти по ней. Почему же, даже оказавшись в опасности, я молчу?
Тряхнув головой, я сказала:
– Просто не знаю, что делать.
Переглянувшись, мужчины кивнули и поднялись.
– Выбивать из вас информацию мы не будем, – заметил Максим у дверей, – но следователь вполне может, так что пока есть время, подумайте… Может, что и вспомнится.
Закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной и выдохнула. Максим, похоже, не сомневается, что я что-то скрываю. Может, убийцей и не считает, однако уверен, что рыльце у меня в пушку. А вот замечание насчет следователя весьма полезное. Если события будут развиваться стремительно, то сюда могут и с обыском прийти. И если от визиток еще можно будет открутиться, то фотография…
