Правду говорят – Верховная что мама родная. А особенно после разлуки. И всех обнимет, и всех приголубит, и про думы-печали расспросит, и совет даст, и все это с улыбкой и терпением. И выводы сделает, вот и решила Василису, Видану, Ярину, Белинду да Людмилу с собой забрать.
– Видела, – говорит, – ваши оценки по предсказаниям!
А я на ведьмочек смотрю, слезы молча глотаю, да делать нечего – видать, свой расчет у Верховной. А она словно мысли читает:
– И Ярославу бы забрала, – а сама на меня хитро так поглядывает, – да не хочет она.
Тут ведьмочки про меня и вспомнили. И понеслось:
– Где ты была!
– Да мы как иллюзию разгадали!..
– Ярослава!
– Хватит вам, – прикрикнула Верховная, – давайте чай пить.
И мы сели чай пить… с черствыми плюшками. Верховная на это дело посмотрела, головой укоризненно покачала, да не сказала ничего.
И вот сидим мы да о своем, о ведьмином, разговариваем. Тут Василиса на меня взглянула и лукаво так у Верховной спрашивает:
– Василена Владимировна, а что вы знаете о магичке Лианне Эльвейс?
– Эльвейс, – Верховная задумалась, но тут же заулыбалась, – как же, знаю. Она, поди, лет на пять вас старше, в выпускной группе должна быть, да?
Я насупилась, а Варвара хмуро так:
– Ага!
– Хорошая девочка, – Василена Владимировна прихлебнула чаю и куда-то вдаль посмотрела, – у них в семье эльфы отметились, вот в них и красотой пошла. Помню, ребеночком как ангелочек была – хвостик золотистый, кудрявый, глазищи на пол-лица синие, как летнее небо, но главное – доброты в ней много. А уж в магическом плане равных ей и в семье мало было, да сильно батюшка сокрушался, что на боевую магию пошла. Хотя, помнится, мой нежный рассказывал, что в академии она и судьбу свою нашла, а уж парень жених видный.
В моей руке черствая плюшка начала ломаться! Варвара смотрит – усмехается, Рогнеда заволновалась, Бажена просто обняла. А Василена Владимировна, все так же глядя вдаль, продолжает:
– Ох и добивался он ее года три. Лианна девочка видная, уж, зная ее маму, могу сказать, что в академии, наверное, первая красавица, да еще и умница такая. Неудивительно, что за ней вся мужская половина увивалась, да, как я поняла, она лучшему досталась.
Плюшка не выжила. Вот тут Василена Владимировна и заметила неладное. На меня смотрит удивленно, задумчиво, да и… поняла все.
– Ах он вомпер плешивый! – выругалась Верховная. – Ах кобель приблудный! Ах…
Тут дверь открылась, министр наш явился. Ну мы все встали, чинно поклонились, а он нам:
– Здравствуйте, ведьмочки. – И у Верховной спрашивает: – Это ты на кого так ласково?
– На кобеля приблудного!
Злая ведьма – это страшно.
– Кобель внушение получил, информацию к размышлению также. Больше подобное не повторится, Василеночка, – с улыбкой проговорил некромант. – И с ректором побеседовал.
А мы с девочками разом восторженный стон издали – нет, ну така любовь, ну така, ну… ах!
Василена Владимировна и сама заулыбалась, смотрит на супруга с нежностью, да так же нежно и ответствует:
– Василису, Видану, Ярину, Белинду да Людмилу с собой забираю.
Наш министр на девочек посмотрел, потом на супругу и ласково так начал:
– Василеночка, тринадцать их, как раз число нужное, не разлучай, вместе-то они сильнее.
Василена Владимировна кивнула. Затем встала, передник поправила, прическу, а потом:
– Ай, ах… ох сердечко-то прихватило… а-а-а!
Уж мы-то перепугались, в передники сноровисто за каплями полезли, чаю еще налили, поддержали. А некромант стоит у дверей и только шире улыбается. А после:
– Василеночка, ясный мой цвет, с родовыми потугами оно как-то поубедительнее было!
Верховная комедию ломать перестала. Опять поднялась, да к мужу-то и направилась, на сей раз гневно на него глядя.
– Василеночка, – главный наш нисколько не испугался, а разгневанную жену обнял да прижал покрепче, – доверься мне. Амулеты девочкам дам такие, что никто снять не сумеет, одну старшую ведьму им пришлешь для догляду, а еще лучше домовую опытную, но забирать нельзя. Никак нельзя. Нужны они, понимаешь? Очень нужны. Ты пойми, василечек мой, ради малого и не стал бы дело затевать, а тут судьба государства на кону, да жизней не то что сотни – сотни тысяч. Нужны они, ведьмочки, здесь, цвет мой ясный.
Верховная молча выслушала, мужа оттолкнула, стоит задумчивая. А уж мы-то осознанием своей значимости преисполнились, тут уж в каждой «орель» проснулся.
– Да не умрем же, Василена Владимировна, – начала Любава.
– Чай, справлялись же, – добавила Рогнеда.
– Да и вы слова поведали заветные, – Бажена хитро улыбнулась.
– Что уж мы, с магами не совладаем? – Милолика уперла руки в боки. – Как по струнке ходить будут!
– Поддерживаю, – Цветана даже руку вверх подняла, чтобы ее заметили.
– Вы за нас не тревожьтесь, – негромко сказала Белинда, – вместе мы сила.
– А Ярославе тут не место, – решительно произнесла Варвара.
– А это мне решать, – сказала я.
Василена Владимировна нас выслушала, на мужа посмотрела.
– Ну и хитер же ты, но мы на эту тему дома поговорим. Посуда не выживет! – это она главному. – Ладно, девочки, прощаться пора.
