– Папа! – всё же решила вмешаться, видя, как папа, набирает побольше воздуха, чтобы начать новый виток ругани. – Меня здесь всё устраивает. Больница, вроде неплохая. Про Алексея Сергеевича, если зайдёшь в мою палату, то услышишь, как мои соседи будут говорить только хорошее. Да и в принципе – это простая операция. Чего ты тут устроил?
– Что значит соседи? – Услышал он, конечно, только то, что нужно ему.
– Обычные… – огрызнулась я, но договорить мне не дал врач.
– Эльмира Вячеславовна, вы должны соблюдать постельный режим, а не гулять по коридору, – было мне сказано тоном, не терпящим возражения.
– Эльмира, собирай вещи, и едем к Арсену Вазгеновичу! Нечего тебе тут делать! – Это уже папа начал по новой свою шарманку.
– Я никуда не поеду! Ты слышал доктора? Или для тебя его слова пустой звук?
– Значит, будешь находиться в платной палате, – это было адресовано мне, а врачу: – У вас же есть здесь приличная платная палата?
– Есть, но не рекомендую. В моей палате лежат не просто так несколько человек. Так они друг за другом приглядывают, и при необходимости могут позвать медсестру или врача. А если ваша дочь будет лежать одна и ей станет плохо, то не факт, что она сможет позвать на помощь, если ей это потребуется, а мы из-за этого можем и не успеть вовремя.
– И повторю папа, меня всё устраивает!
– Слава, хватит уже, – это мама вступилась, – в конце концов, не вижу тут ничего криминального, если Эльмиру полечат в государственной больнице. Да и врач прав, до Арсена Вазгеновича ещё доехать надо.
– Ну, судя по тому, что Эльмира тут с нами огрызается, она доедет.
– А ты не думал, что мне плохо, а огрызаюсь я только потому, что не хочу, чтобы за меня принимали решения! – рыкнула я, сцепив зубы, потому как боль в боку, от пребывания в вертикальном положении усилилась.
– Эльмира Вячеславовна, быстро в палату! – Это уже врач на меня полкана спустил. Я же решила, что теперь всё на маминой совести. Если папа кого и послушает, то только её.
Доковыляла до своей койки и осторожно прилегла, отвернувшись лицом к стене, потому как на правом боку, лежать было невозможно от слова совсем. Фух. Вопрос, что будет дальше и почему операцию, врач назначил на завтра?
Буквально через пару минут, услышала шорох бахил, а потом ощутила, как кто-то аккуратно присел на край моей койки.
– Элька, ты не уснула? – уточнила Анжела.
– Нет.
– А ты не знаешь, у твоего врача есть кто-нибудь?
– Без понятия.
– Если нет, то срочно хватай его и тащи в свою берлогу, – заговорщическим шёпотом на ушко, проговорила сестра.
– Ты в своём уме? – также шёпотом и не поворачиваясь к этой заразе, ответила я.
– Более чем, – хмыкнула сестра, продолжая: – Красавец, умный, наверное…, а я уже говорила, что он бесстрашен? Нет, ты видела? Ох, и слышала бы, как папка ругался, по пути сюда… Правда, Тая ему тоже пару «ласковых» отвесила. Думали, что он успокоится. Но нет. Он за тебя не на шутку перепугался. Даже с совещания сбежал, что ему несвойственно. Ты чего Арсену Вазгеновичу-то не позвонила?
– Потому что, думала, что обойдётся. Это раз. Два, к нему далеко ехать.
– Просто лень, так и скажи. Неужели утром ничего такого не было?
– Немного побаливало, но я это списала на то, что неудобно спала. Я ж не думала, что это аппендицит.
– Ясно всё с тобой. Но я бы на твоём месте, постаралась охамутать красавчика-доктора. М-м-м… Прямо как в… Ах да, ты уж меня ещё маленькая, – всё так же шёпотом продолжала меня троллить сестра.
– Пошлячка! Ну, тебя!
– Моё дело предложить, тем более что мне показалось, что врач тобой заинтересовался.
– Когда, кажется, сама знаешь, что надо делать, – парировала я.
– Самое главное, что раз есть силы на то, чтобы огрызаться, значит, не так уж всё и плохо, – хмыкнула в ответ Анжела.
Решила перевернуться на спину. На что сестра тут же среагировала:
– Ну, надо же, думала, так и буду болтать со спиной.
– А мама как? Я… Просто я не понимаю, что с папой. Как он мог не заметить, что я с ними уже не живу?
– Он сейчас весь в бумажках и работе… Тёмыч прощупывал почву в Москве. Судя по тому, что у них происходит, скорее всего, в столице откроют новый филиал, во главе с Тёмой. Он-то, в отличие от нас с тобой, любит цифры, бизнес. Ему это интересно.
– Жалеешь?
– Пф… О чём? Я рада, что в нашей с папой жизни, чуть больше двадцати лет назад появилась Тая. Благодаря ей, я стала модельером. Поэтому менять в своей жизни ничего не хочу. А ты пока в поиске себя, пусть папа и фырчит, но он прекрасно понимает, как для тебя это важно. Просто переживает по-своему…
– Эля, – это мама вошла в палату. – На папу не дуйся, пожалуйста, перенервничал. Сама понимаешь, то всё идёт ровно, то новость за новостью. Я с ним проведу беседу. Придём завтра с утра. По крайней мере, я точно.
– И я, – ответила Анжела.
– И линзы не забудь снять перед сном, – добавила мама.
– Хорошо.
– Ну, тогда мы пойдём, а то приёмное время окончено, а мы ещё тут.
– А папа?
– Папа, ты зайдёшь? – улыбнувшись, спросила мама.
– В общем, ты давай поправляйся, а потом…
– Слава! – глядя с укоризной, одёрнула мама папу.
