Марлена не знала, как еще заработать деньги для Евгении, которая никак не могла обойтись без новой одежды для сезона. Герцог сам сказал, что нес затейливо украшенную кружевами и бантиками сумочку с нюхательными солями по улице, значит, можно предположить, что его кто-то с ней видел. Понимая, что ему это не понравится, мисс Труф в красках живописала эту сцену. Марлена ни за что не стала бы это делать, если бы не необходимость помочь сестрам.
Она не могла перестать думать о герцоге, его поцелуях и разоблачительном скандальном листке, работу над которым только что закончила, и поэтому решила заняться сложной вышивкой в надежде отвлечься. Ничего не помогало. Нанося аккуратный рисунок на тонкое льняное полотно, Марлена еще напряженнее думала о герцоге.
Она хотела вышить садовый пейзаж. Начала с травы: высокие, склонившиеся к земле травинки перемежались более короткими и прямыми, – потом добавила цветы: над травой поднимались крупные головки с раскрывшимися лепестками и маленькие, еще не распустившиеся. Покончив с растительностью, она добавила пчелу, осу, божью коровку и двух бабочек: одна летала над цветами, другая сидела на лепестке.
Ей потребовалось довольно много времени, чтобы сделать рисунок, и еще столько же на подбор ниток. Завершив подготовку, Марлена вдела первую нитку в иголку, но тут в комнату ворвалась Джастина и потребовала, чтобы она занялась танцами. Переубедить ее было невозможно.
Марлене еще предстояло обдумать, как объяснить Евгении свое поведение с герцогом. К ее немалому удивлению, та поняла желание подруги испытать поцелуй. Было приятно узнать, что и другие молодые леди испытывают подобное любопытство. Оказалось, Евгении часто хочется, чтобы мистер Брамуэл забыл о приличиях и поцеловал ее, но пока этого не произошло. Евгения только не могла понять, почему первый поцелуй Марлене подарил именно герцог, и это было труднее объяснить. К тому же, похоже, подруга не поверила, хотя это была чистая правда, что она сама поцеловала герцога.
– Ты меня слышишь? – окликнула ее Джастина.
– Нет, извини, – честно призналась Марлена. – Я думала о сложной вышивке, которую начала, когда ты прервала меня. Что ты сказала?
Джастина заиграла надоевшую мелодию.
– Если тебе не хватит здравого смысла согласиться на переезд в особняк герцога на Мейфэре, нам обеим придется…
– Спасибо, дорогая кузина, – перебила ее Марлена.
Уж лучше танцевать, чем слушать постоянные жалобы на то, что они вынуждены жить вдали от престижных районов. Марлена отвернулась, проследовала в центр комнаты и остановилась, ожидая команды кузины.
– Возможно, тебе удастся сделать хорошую партию, у тебя будет свой дом, и твой супруг не посмеет запретить мне переехать вместе с тобой.
– Ты хочешь отказаться от этого дома?
– Ничего не имею против. Ну или хотя бы у меня должен остаться экипаж, выделенный нам герцогом, чтобы я могла в любое время навещать своих подруг.
– Ты вполне можешь пройтись пешком: здесь совсем недалеко.
Джастина тяжело вздохнула.
– Тебе еще предстоит так многому научиться. Теперь, когда у меня есть экипаж герцога, я не могу допустить, чтобы кто-то увидел, как я иду по Мейфэру пешком. Имидж чрезвычайно важен в обществе. С тех пор как герцог стал твоим опекуном, я получаю намного больше приглашений. Мне даже кажется, что я снова превратилась в первую красавицу сезона.
Нет, это невыносимо! Уж лучше танцевать.
Несколько секунд она играла молча, потом опять началось:
– Раз, два, три. Начинай. Шаг вперед, влево, влево, теперь вправо, вперед, влево, хлопок, реверанс. Все правильно. Еще раз. Шаг…
– Прошу прощения, миссис Абернати.
– В чем дело, миссис Додл? – спросила Джастина, не переставая играть и не глядя на экономку.
– Прошу прощения, но приехал герцог Ратберн и хотел бы повидать вас и мисс Фаст.
Обе руки Джастины с размаху опустились на клавиши, издав ужасающий звук, а Марлена замерла в предвкушении. Герцог здесь. Сейчас она его увидит. Все ощущения, которые испытала в его объятиях, немедленно вернулись, и, выпрямившись после реверанса, она почувствовала, что ей не хватает воздуха.
– Это замечательно! – вскочила Джастина. – Я, наверное, слишком увлеклась и не слышала, как стукнула дверь. Он же был здесь всего несколько дней назад, и я была уверена, что теперь появится не скоро. Ведь герцог такой непостоянный!
Она расправила плечи, убедилась, посмотрев вниз, что в низком декольте шелкового платья видно достаточно пышной плоти, пригладила юбку и, повернувшись к Марлене, шепотом спросила:
– Как я выгляжу? Прическа в порядке? Платье нигде не морщит?
– Весьма презентабельно, – вздохнула Марлена.
Никаких иллюзий относительно собственной внешности после того, как целый час скакала по комнате, поворачивалась, кланялась и приседала, она не испытывала.
– Отлично. Пригласите его, миссис Додл, и потом приготовьте нам чаю.
Джастина внимательно оглядела Марлену и слегка сморщила нос.
– Ты немного растрепана, дорогая, но с этим мы уже не успеем ничего сделать: нет времени. Просто убери выбившиеся из прически волосы за уши.
