Потом адмирал сообщил, что всю неделю мы будем по несколько часов тренироваться в залах-симуляторах, имитирующих настоящие опасные условия других планет.
Дэйн Мортолл не сказал ничего, только лишь велел хорошенько отдохнуть перед последующими учениями. На меня он даже не взглянул, а я была этому только рада.
Однако я решила обязательно переговорить с Руэлем. Он сегодня поступил очень неправильно и нас серьезно подставил. Меня это начинало серьезно беспокоить. Он изменился. Он начал допускать ошибки одну за другой. Казалось, что он превратился в импульсивного человека!
Вот это сочетание: ИМПУЛЬСИВНЫЙ КИБОРГ!!! О таком даже в научной фантастике еще никто никогда не писал!!!
Когда все устремились в казарму, я осталась с Руэлем в коридоре и попросила его на пару слов. Оглянувшись, я убедилась, что узкий коридор пуст, и только после этого начала приглушенно говорить…
* * *
Моника Риналетто следовала за кадетами на некотором расстоянии. Синтия, ее подруга, шла сзади и немного нервно озиралась.
— Ника, — прошептала она, — а разве законно вести подобную слежку за кадетами Академии?
— Это задание ректора Мортолла, — ответила Моника, стараясь не упустить из виду братьев Ярл. — Считай, что мы на практике!
Подобное объяснение удовлетворило Синтию, и она уже более смело двинулась дальше.
Когда парни не вошли вслед за всеми в казарму, а остались стоять в коридоре, Моника тут же достала из кармана два наушника-усилителя звуков и сунула одно себе в ухо, а другое передала подруге.
— Руэль, — зазвучал в наушниках приглушенный, но довольно четкий голос Исида. — Зачем ты меня схватил сегодня во время спарринга? Ты понимаешь, что это было весьма неразумно???
После короткой паузы ответил Руэль.
— Прости меня! Я… боялся причинить тебе боль!
Моника ощутила волну чувств, потекшую от Руэля, и удивленно расширила глаза. Потом позволила себе выглянуть из-за угла и увидела, что Руэль крепко Исида обнял.
— Ты совсем сошел с ума! — вялым голосом пробормотал мальчишка, но словно не нашел в себе сил брата оттолкнуть. От него тоже потекла волна любви и влечения, а потом в наушнике вдруг прозвучал тихий, едва слышимый шепоток:
— Я люблю тебя…
Этот голос принадлежал Руэлю Ярлу.
Моника быстро спряталась обратно, чувствуя, как лихорадочно бьется ее собственное сердце. Она взглянула на растаявшую Синтию и стремительно вынула из уха свой наушник. Ей стало не по себе от того, что они подглядывали за сценой такого трепетного признания в любви.
— Я просто в шоке, — пробормотала Синтия, прижимая руки к колотящемуся сердцу. — Они же оба парни, да еще и кузены! Но… какие чувства! Какие чувства!!!
Моника и сама никак не могла успокоиться от наполнивших ее эмоций. Женское естество взяло вверх, и ей стало искренне жаль этих глупых, но искренних мальчишек.
— Давай я ректору об этой сцене ничего не скажу, — пробормотала она, чувствуя себя все больше виноватой за свою слежку. — Они, конечно, сумасшедшие, но… любовь, как говорится, зла…
Когда через несколько минут девушки вошли в казарму, Руэль и Исид уже совершенно не выглядели влюбленными безумцами. Они молча доставали из своих сумок чистые вещи и, похоже, вопреки всем правилам, собирались идти в душ не со своими «пятерками», а исключительно вдвоем…
Об этом Моника тоже решила умолчать. Их любовь растопила ее девичье сердце…
Любовь — это боль… Испытание по имени "напарник".
Я думала об этом всю ночь!
«Я люблю тебя…»
Шепот с придыханием и крепко сжимающие меня руки.
Руэль действительно это сказал. И это прозвучало так… искренне! Как будто он действительно так чувствует…
Я ощущаю тупую ноющую боль в груди, а на глаза наворачиваются слезы…
Нет! Все же я никак не могу представить, чтобы Руэль мог испытывать любовь. Имитировать — да! Утешать меня — да! Помогать мне — ДА!!! Но любить…
«Я люблю тебя…»
Эти три слова бесконечно звучат в моей голове. Сердце вздрагивает, но не может поверить. Разве существует киборг, способный полюбить???
Руэль, почему ты это сказал???????????
Я ворочалась с боку на бок, чувствуя, как боль все сильнее разливается по телу и все больше затапливает душу. Между нами не может быть настоящей любви! Руэль просто машина, даже если он способен иногда что-то чувствовать…
Руэль… Похоже я начинаю жалеть, что ты появился в моей жизни. Любить тебя — это ТАК БОЛЬНО!!!!!!!!!!
А потом, когда я все-таки уснула, Руэль мне приснился. Но он был несколько другим.
Он был живым!
Его кожа была мягкой и теплой, а сердце, гоняющее кровь по венам — трепетным, настоящим. Его волосы были намного длиннее и струились золотисто-русыми локонами вдоль спины. Одет он был весьма странно — в длинный широкий балахон, сильно напоминающий мне платье, но эта одежда так сильно его украшала, что я восхищенно замерла перед ним и не смогла произнести ни слова!
Руэль! Он улыбался мне такой нежной улыбкой, что хотелось плакать от счастья. «Я люблю тебя!» — снова и снова шептали его мягкие уста, а я надеялась, что это чудесное время не закончится вообще никогда…
Зря надеялась. Все растаяло к утру, принеся мне утроенную боль. Руэль никогда не станет живым!!!
