В летнем лагере для талантливых студентов Ника впервые в жизни влюбляется – тайно, но так сильно, что всё остальное словно перестаёт существовать. С возлюбленным её связывает тёплая дружба и самый настоящий, взрослый поцелуй, едва не переросший в близость… Но это страшная тайна, ведь возлюбленный Ники – её преподаватель! К тому же, вернувшись из лагеря домой, Ника неожиданно узнаёт, что её любимый вот-вот женится… на её сестре!
Ну вот ещё новости!
В сердцах выругавшись, приваливаю к стене чемодан и, ничегошеньки не видя в прорези маски, шарю по карманам.
И это называется, сюрприз она мне готовит, да? А самой даже дома нету!
Наконец нащупываю ключи и открываю дверь. И тут же понимаю, почему Машка не отзывалась – в ванной шумит вода.
Ну что ж… зловеще ухмыляюсь и сваливаю багаж у порога – так даже интереснее!
Проходит ещё пара минут, мне душно в маске, и жутко чешется нос, но я терпеливо выжидаю. Наконец душ выключается. Я пячусь подальше в проход коридорчика и замираю. Выскакивать с банальным «Бу!» – это детский сад. Мы с Машкой так часто проделывали это друг над другом, что теперь хоть на тромбоне дунь в самое ухо – эффекта ноль. А вот застывший в полутёмной пустой квартире монстр…
– Едрить твою!.. – восклицает вдруг эта полутёмная пустая квартира мужским голосом, и я отшатываюсь от неожиданности и неловко заваливаюсь в угол.
Тут же вскакиваю, пытаюсь сдёрнуть с головы маску, но силикон, зараза, липнет, заставляя меня припадочно извиваться и визжать от ужаса. В этот же миг хлопает входная дверь… и к моим воплям добавляются Машкины.
Словом, хороший сюрприз получился. Громкий.
– Ника, блин, ты меня чуть заикой не сделала! – наконец, держась за сердце, обретает дар речи сестра. – Что это за ужас вообще?
Она тычет в мою маску, но я лишь растерянно комкаю её в руках и пялюсь на мужчину, который от смеха едва не сползает по стеночке. В одном полотенце вокруг бёдер, не качок, но довольно спортивный, с волнующими рельефами плеч и широкой, в каплях воды, груди… И встретить его здесь, даже если бы он не был полуголым – вот это действительно сюрприз!
Когда все немного успокаиваются, Машка передумывает меня убивать, а «сюрприз» переодевается в нормальную одежду, свершается, наконец, и «знакомство»:
– Ника, это Артём, мой друг. Артём, это Ника, моя сестра.
Пауза. Мы с ним встречаемся взглядами, и я тут же смущённо отвожу свой.
– Сестра? – удивляется он. – Но ты же говорила ей шестнадцать? Тогда как же…
– В этом году десятый интенсивом буду сдавать, Артём Анатольевич, и поэтому через класс перепрыгнула, – обречённо вздыхаю я. – А так в одиннадцатый я должна была только в следующем году пойти. А закончить и того позже. Вот и считайте.
Хочется поднять взгляд, но он словно прилип к полу. Интересно, а что чувствует Артём? И чувствует ли вообще хоть что-то?
– Погодите, вы что, уже знакомы? – наконец догадывается Машка.
– Совсем немного. Я какое-то время вёл у них в лагере программирование.
– Серьёзно? Так ты ещё и педагог оказывается? – не замечая моей растерянности, суетится у стола сестра. – Так, внимание, торжественный моме-е-ент… – и она эффектно водружает на стол утку по-пекински. – Уф-ф, надеюсь, пропеклась!
Ресторанная доставка, вынутая из духовки – до неприличия киношный трюк, но в любой другой ситуации мне было бы наплевать, лишь бы заполучить румяное крылышко… А вот сейчас показуха неприятно задевает за живое.
– Да ну, какой из меня педагог, просто человечка одного подменял. – Артём небрежно приваливается бёдрами к подоконнику, руки в карманах. И вроде, весь такой на расслабоне, но я чувствую его изучающий взгляд исподлобья и мне хочется провалиться, лишь бы не светить тут своими пунцовыми щеками.
Словно что-то почуяв, Машка вдруг льнёт к нему, игриво прикусывает за ухо, и Артём привычным жестом приобнимет её в ответ. Я машинально закатываю глаза, мол, вот дураки, устроили тут… а у самой пронзительно защемляет в груди. Друг, значит? Ага, конечно!
– Кстати, эта твоя маска, – вспоминает Машка, – что за кошмарище такое? Кто это?
– Ан аньон саянтифик бэстия1 – бурчу я. Видеть здесь Артёма я не была готова – это раз, а уж любоваться на их с Машкой нежности… – Я к Сиротиной! Обещала зайти сразу как приеду, чуть не забыла.
– Какая ещё Сиротина, – возмущается мне вслед сестра, – я кому сюрпризный ужин готовила?
– Сюрприз удался, спасибо. Приятного аппетита!
***
Настроения не то, что ноль, оно в глубоком минусе. Очевидно же, что если жизнь и умеет строить подлянки, то эта – самая стрёмная из всех возможных!
Женька Сиротина, моя школьная подруженция, немного скрашивает этот шок. Ей всё интересно, вопросы сыплются один за другим, только успевай отвечать. Однако, рассказы о лагере пробуждают у меня и другие воспоминания… и мысли сразу же возвращаются домой.
…Интересно, чем они там сейчас занимаются? Утку едят, или…
Жмурюсь, отгоняя дурацкие образы. Но настроение всё равно падает ещё больше.
– Что-то не больно-то ты похожа на счастливую, Крылова! – хитро щурится Женька. – Влюбилась что ли? Ну и в кого же, в этого, или в этого? – смахивает фотки на экране моего смартфона. – О, а вот тоже ничего так красавчик…
– Какая, нафиг, любовь, Сиротина? – излишне агрессивно выхватываю у неё телефон, который сама же и дала. Тут же понимаю, что веду себя как дура, но уже поздно. – Просто устала с дороги.
