Мой любимый шотландец полностью

– Теперь печатайте, – приказал Мэтьюс, приложив пистолет к ее плечу. – Дорогой муж, – продиктовал он. – Что это? – воскликнул он, склонившись. – Что вы делаете?

Она промахнулась и вместо буквы «д» напечатала «ж». Левое веко Мэтьюса яростно дернулось.

– Держите меня за дурака?

– Н-нет. Я плохо п-печатаю.

– Господи Иисусе! – Он вырвал лист из машинки. – Встаньте! Подвиньтесь! – Мэтьюс занял ее место и положил пистолет на стол. – Не вздумайте дурить! Просто стойте смирно. Не вынуждайте меня к радикальным мерам.

Хэтти стояла неподвижно, как кукла, но под ледяным покрывалом страха начал закипать гнев. Да как он смеет рыться в кабинете Люциана, как смеет у него воровать?!

Мэтьюс застучал по клавишам, потом пробормотал:

– Прошу прощения. Я забылся. Разумеется, вы не понимаете серьезности ситуации.

За ним по пятам идут вышибатели карточных долгов – это единственное объяснение.

Он отстукивал на машинке, мыча сквозь стиснутые зубы. Шуберт, оцепенело подумала Хэтти, он напевает серенаду Шуберта.

Мэтьюс выдернул листок из каретки и положил перед ней. Это было письмо от имени Хэтти, в котором она сообщала Люциану, что уезжает с семьей на континент и хочет жить отдельно. У нее защемило в груди от новой опасности.

– Нет, – заявила она, качая головой. – Нет…

Мэтьюс снова взял пистолет.

– Прошу, подпишите. Вот перо.

Она посмотрела ему в глаза.

– Почему вы так поступаете? – прошептала она.

– Пытаюсь выиграть нам время, – процедил он сквозь зубы. – Поскольку вы меня прервали, а он скоро явится, я не могу оставить вас здесь и позволить болтать. Сами должны понимать такие вещи.

Нам?! Письмо расплылось у нее перед глазами. Оно направит Люциана по ложному следу. Она останется один на один с бестолковым преступником. Хуже того, после ссоры в гостинице Люциан подумает, что она и в самом деле его бросила, что она его ненавидит. Пожалуй, еще вообразит, что она взяла Мэтьюса в любовники, и у нее никогда не будет шанса его разубедить. Ручка выскользнула из влажных пальцев.

– Мистер Блэкстоун ни за что не поверит, что я ограбила его кабинет и сбежала! – заявила Хэтти. – Вы сами сказали: я полностью подчинилась его распутному влиянию, и он знает…

Раздался металлический щелчок, рука Мэтьюса дернулась, и он выстрелил. Хэтти вскрикнула, на голову ей посыпались щепки и штукатурка.

– Поверит, потому что женщины – ветреные создания, – пробормотал Мэтьюс дрожащим голосом, – а вы были настолько распущенной, что разгуливали по Лондону без сопровождения еще до свадьбы. Ставьте подпись!

Она подписала. Пальцы перепачкались штукатуркой, на тыльной стороне ладони расцвело красное пятно – Хэтти и сама не заметила, как поранилась осколком.

– Хорошо, – сказал Мэтьюс, когда она отложила перо, – хорошо. Теперь садитесь, руки под себя. Нет, сначала кладите серьги и цепочку сюда. – Он ткнул дымящимся стволом в сторону чемоданчика. – Брошь тоже.

Мэтьюс поспешно сгребал бумаги и папки, запихивал в чемоданчик содержимое ящиков.

– Не знаете, где он хранит долговые расписки?

– Нет.

Он прищурился.

– А книгу, в которую записывает порочащие сведения о высшем свете?

Скула онемела. Наверное, туда тоже попал осколок дерева.

– Откуда мне знать такие вещи? – прошептала Хэтти.

Мэтьюс что-то пробормотал себе под нос. Внезапно он застыл и выронил бумаги. Хэтти тоже услышала звук тяжелых шагов.

Когда дверь распахнулась, Мэтьюс успел метнуться к Хэтти, схватить за руку и поставить ее перед собой. В висок уперся холодный пистолет. И тут в комнату ворвалось нечто гораздо более холодное и смертельно опасное – Люциан. В руке он держал револьвер, и лицо его было мрачно, как у самого дьявола.

У Хэрриет шла кровь. Красная струйка стекала из ссадины на скуле по подбородку и окрашивала розовым кружева на горле. Но именно вспышка надежды во взгляде жены пробудила в Люциане зверя. Глаза заволокло багровой пеленой. Мэтьюс – ходячий мертвец.

Вероятно, это было написано у него на лице, потому что помощник дрогнул и прижался к Хэрриет еще ближе.

– Оружие на пол, – велел Мэтьюс. – Руки за голову.

Курок на пистолете Мэтьюса взведен, палец дрожит на спусковом крючке. Одно неверное движение – и все кончено. У Люциана закружилась голова. Он сделал глубокий вдох.

– Ладно, – пробормотал он и осторожно положил револьвер на пол. Выпрямляясь и поднимая руки над головой, он как бы случайно шагнул к столу.

– Каков план, Мэтьюс? – поинтересовался он. – Двойное убийство?

Лицо Мэтьюса лоснилось, словно свиная шкура.

– До этого не дойдет, если будете вести себя разумно, – проговорил он весьма надменно.

– Разумно, – повторил Люциан, кивая. – Звучит неплохо.

Его пульс был слишком частый. Нужно как-нибудь защитить висок Хэрриет от пистолета. Двуствольный, карманный – всего два выстрела, один уже сделан в потолок. Двойного убийства сегодня не произойдет, обойдемся отстрелом крысы.

– Похоже, у тебя неприятности, – сказал он Мэтьюсу. – Потрудишься объяснить?

Мэтьюс затряс головой.

– Просто следуйте моим указаниям…

– У меня большой опыт в решении проблем, – напомнил Люциан и пожал плечами, приблизившись еще на дюйм. – Я могу найти способ получше.